Выезжая с обширного поля колосящейся выхлопными дымами автостоянки, как и планировал уперся в полосатый шлагбаум. Тут же ко мне выскочил некий потный и запыленный человече в униформе. По прибору в его руках определил, что выскочил он не для того, чтобы меня поприветствовать, а за оплатой. Вместе с квитанцией протянул ему сто евро, он со вздохом отсчитал мне восемьдесят сдачи, выдал квитанцию, козырнул и поднял шлагбаум.

Дальше все было обыденно и достаточно неинтересно.

По дороге я подобрал подвыпившую парочку. То ли хиппи из нового поколения, то ли просто оборванцы. Они что-то со мной оживленно обсуждали. Знаками попросили меня, чтобы остановился. Привал и отдых. Пришлось подчиниться ласке.

Они достали один на двоих шприц, не стесняясь незнакомого мужичка, поколдовали над примитивными приспособлениями и вкатили друг другу по уколу.

Ну, подумаешь, укол? Укололся и пошел… вернее поехал, а еще лучше улетел.

Деваху скелетистую, прислонив за шею к дереву тонким шнуром, как специально для нее выращенным, пришлось оставить одну хрипеть, закатывать в полете глаза и пускать изо рта пену, а парнишку, моего росточка и щуплого телосложения, предварительно легко вырубив ударом по шее, я повез дальше. Хотя по шее можно было не бить…

Но береженного бог бережет… А не береженного? Правильно — конвой стережет.

Даже вспоминать неприятно. Оправдывает меня только то, что я спасал свою драгоценную шкуру.

Приметив на своем тернистом пути какой-то карьер или стройку, не знаю, не до того мне было. Сделал там небольшенький привал. Внес в порядок движения кое-какие коррективы. Волоком усадил французика, за руль машины. Засунул ему свой паспорт под задницу, плотно придавил его телом к сидению, накинул ремень безопасности, зафиксировал надёжно и сбросил машину в какую-то яму. Думал, что она загорится. Не получилось.

Пришлось самому, обдирая локти и колени о острые камешки, спускаться и поджигать ее. Мне просто необходимо было его обезображенное огнем тело, с обгоревшими пальцами на руках. Сидел рядом, ждал когда пламя разгорится.

И тут очередная незадача. Паренек, любитель поиграть шприцем, пришел в сознание. Стал бедный кричать и биться, там, внутри. Попытался даже выбраться, ногами лобовое стекло начал выбивать, дергать дверцу, которую от удара заклинило. Очень уж он громко кричал и на меня смотрел жалобно и непонимающе. Как бы спрашивая — за что, дядя? И когда салон авто, заволокло дымом изнутри. Он еще пару раз дернулся и окончательно затих.

Чтобы не видеть мучительных страданий сгорающего заживо паренька, я отошел подальше. Сил нет смотреть на такой ужас. Что я каратель-фашист какой, сжигающий живых людей? Нет, вполне нормальный человек, хотя и медик.

Сидел ждал, что там будет дальше. После этого я услышал звук пожарных и полицейских сирен. Когда отбежал подальше и спрятался за кучами песка, услышал слабенький взрыв.

Кара небесная меня в очередной раз не настигла. Куски железа от взорвавшегося бензобака, до меня не долетели. Встреча с пожарными и полицией, в планы на сегодняшний день также не предусматривалась. Молча, по-английски, не попрощавшись, я ретировался в неизвестном направлении.

Это место я покидал с тяжелым чувством. Вот так, просто, без оплаты, убивать невиновного?

Да. Начинаю деградировать и утрачивать чувство профессиональной гордости. Работать бесплатно? Это так на меня не похоже.

Хотя, почему бесплатно? Они, найдут паспорт. Сверят с записями оставленными в отеле. Приложат дактокарту, без сравнительных образцов. Начнут самое серьезное расследование и потом, торжественно передадут это дело в архив, где ему будет самое место. А безвинно убиенного может будут искать, а может и нет. С наркомана, какой спрос?

А мне самое время на перекладных отправляться в далекий город Бизонсон, на пункт вербовки в Иностранный Французский легион. (Прошу не путать с Безансоном, родиной Виктора Гюго, Шарля Фурье и теоретика анархизма Пьера Прудона.)

Главным преимуществом данного вербовочного пункта являлось то, что там таких бедолаг как я, принимали по любым документам, даже по проездному билету. Раньше и документов не спрашивали, верили на слово. Сейчас не знаю. Но на всякий случай, у меня имелись добротные водительские права и хорошо оформленный паспорт, с очень похожей на меня фотографией, так что бюрократические формальности соблюсти было чем.