— Водка — в аварийной ситуации? — недоверчиво покосился Жиленков.

— Представь себе, именно водка. Попав в холодную воду, человек, даже тренированный, даст дуба в течение восьми минут. От переохлаждения. Если же ввести внутрь согревающий препарат — а лучшего согревающего, чем водка, ученые пока не изобрели — то можно продержаться около получаса. Как раз до подхода спасательного катера.

Коля перестал улыбаться и снова скосил взгляд на цилиндр.

— А ты откуда знаешь?

— Я же флотский. Сталкивался…

— А веревка зачем? — не унимался Жиленков. — Водку крышечкой завинчивают.

— Чудак ты, Николаша. Будто в армии не служил. Да если бы эти пакеты крышечками завинчивали, их давно бы уже опустошили, заполнили водой и завинтили обратно. А в случае кораблекрушения шли бы ко дну — от переохлаждения, как Ди Каприо. Но наверху-то, поди, не дураки сидят и разработали специальный клапан. Если за веревку дернешь, он тут же разрушается. Выпить содержимое можно, а вот повторно пакет уже ничем не заполнишь. Усёк?

Елагин отвернулся от впавшего в неподдельную задумчивость помощника дежурного и посмотрел на курсантку Никулину:

— Теперь с вами, девушка. Слушайте и запоминайте как следует, потому что повторять не буду, а в школе милиции этому не учат. В нашем деле не так важно правильно действовать, как правильно доложить. К примеру, ты, рискуя жизнью, задержала и доставила в отдел вооруженного бандита, только что совершившего ограбление ювелирного магазина и застрелившего при этом двух продавцов и охранника. Поймать — поймала, а бумаги нужные под впечатлением схватки оформить забыла. В этом случае тебя ждет — что?

— Что? — удивленно склонила Катя голову набок, отчего стала похожей на маленькую птичку, заметившую перед собой большого червяка.

— Позор, презрение коллег и выговор за нарушение инструкции о порядке задержания и доставления граждан в органы внутренних дел, — пояснил Сергей. — Это — как минимум. А то и статья, если вдруг меры превысишь… И наоборот: при должном владении родным языком можно, всего лишь таская с улицы алкашей, заработать кучу благодарностей, грамоту за подписью министра или даже именные часы. Многие на том и стоят. Короче: главное — не как готовишь, а как сервируешь. Поняла?

— Ну… да.

— Молодец. И для закрепления полученных знаний ты, используя сей документ в качестве образца, сейчас сочинишь свой собственный рапорт. Но слова «чмо зеленое» лучше заменить, например, на «руссиш швайн…»

— Вечер добрый!

В дежурку, прервав лекцию, ввалились двое бойцов в серой камуфляжной форме с нашивкой «ОМСН» на груди и рукавах. Что означало: «Отряд милиции специального назначения». В милицейском просторечье — собровцы. Оба, хоть и уступали в комплекции своему дремавшему в клетке собрату, выглядели не менее гламурно. У обоих вместо дурацких кепок — черные вязаные шапочки, на ногах — удобные кроссовки, а на руках — щегольские перчатки из тонкой кожи с обрезанными пальцами. Понты, конечно, но в самую меру.

Вошедшие пожали руки Жиленкову и Елагину, а один из них даже демонстративно стянул перчатку и галантно поцеловал ручку Кате Никулиной, вогнав практикантку в краску.

— Ну, где тут наш маленький друг?.. О! Картина, леденящая кровь: капитан Дмитрий Соломин в плену у своих… Давай, Николай-чудотворец, отворяй закрома Родины!

Жиленков снял с ремня ключи и отпер зарешеченную дверь «аквариума». Один из собровцев вошел в клетку и потрепал спящего товарища по плечу:

— Солома, боевая тревога! Трезвые в городе! Хвала Дионису!

Тот открыл глаза и улыбнулся.

— Здорово!

— Ага, давно не виделись… Ну и куда ты делся?

— Сами просили водку проверить. Вот я и проверял… Не паленка. Для вас же старался. А меня — за решетку. Неправильно!

— Это не из неуважения, а исключительно в профилактических целях. Чтоб ты случайно головой люстру не зацепил. Здесь люстра итальянская, из венецианского стекла, жалко будет… Скажи лучше, почему на звонки не отвечал? Мобила твоя где, чудо без перьев?

Соломин неспешно похлопал себя по карманам и равнодушно пожал плечами.

— Понятно, — констатировал коллега, помогая тому подняться и вписаться в проход. — Спишем на боевые потери.

— Вчера только с Кавказа вернулся, — пояснил второй собровец — тот, что целовал Кате руку. — Мы, как водится, за это дело приняли по чуть-чуть, а после дежурства планировали продолжить — с выездом на природу. Маленький вызвался закупить для пикника качественное горючее и… пропал. Ксиву-то у него на всякий случай забрали, а то прецеденты уже бывали, а вот мобильник оставили — для связи. Ну и дензнаками снабдили, ясное дело. Мобильник, судя по всему, он посеял сам. А дензнаки… Деньги у тебя остались, дегустатор?