— Мужик, мужик, я тебя съем.

— Не ешь меня, медведь. Давай лучше вместе репу сеять. Как вырастет репа — разделим поровну.

— Ладно, — говорит медведь, — давай.

Вот вспахали они поле, посеяли репу. Выросла репа крупная да сладкая. Стали мужик и медведь делить репу. Спрашивает мужик:

— Ты, медведь, что себе возмёшь: вершки или корешки?

Медведь говорит:

— Вершки возьму.

— Ну, хорошо, будь по-твоему: бери вершки.

Отдал мужик медведю всю ботву от репы, а репу домой увёз.

Пожевал-пожевал медведь ботву — невкусно.

Пошёл он к мужику и говорит:

— Дай-ка мне корешки попробовать.

Дал мужик ему репу. Медведь съел и говорит:

— Э, мужик! Твои корешки сладкие, вкусные, а мои вершки горькие. Не буду больше вершки брать!

На другое лето посеяли мужик и медведь пшеницу. Славная выросла пшеница. Принялись они жать, медведь и говорит:

— Ну, мужик, давай мою долю, да смотри — без хитрости.

— Хорошо. Говори — что теперь возьмёшь?

— Давай корешки.

Мужик не стал спорить. Взял себе вершки, а медведю оставил корешки. Вот мужик намолол пшеничной муки, напёк пирогов, сидит да ест. А медведь приволок в свою берлогу корешки, стал их жевать. Жевал-жевал, не мог разжевать. Понял он, что опять не то выпросил. Досадно стало медведю. Перестал он вместе с мужиком землю пахать.

Жили-были бабушка и две внучки — Маша и Даша. Собралась Даша в лес по ягоды, по свежие грибы. Вот бабушка и говорит:

— Ты, Дашенька, далеко не ходи, от тропочки не беги, через пни-колоды не перескакивай, а то, смотри, заблудишься.

— Хорошо, — Даша говорит.

Пошла Даша в лес. Идёт — ягодку за ягодкой щиплет, песню поёт. Да и не заметила, как от тропочки ушла, в дремучий лес зашла, стала через пни-колоды перескакивать. Сидит кукушечка на высоком дубу, на сухом суку.

— Ку-ку! Ку-ку! Иди, девочка, в левый бок!

Пошла девочка в левый бок. Откуда ни

возьмись, вдруг выскочил, откуда ни возьмись, вдруг выпрыгнул Мишка-медведь, Михаил Иванович. Схватил Дашу в охапку — и бежать! Бежал, бежал, прибежал в свой дом. А дом у него большой-пребольшой, богатющий… В подвале не пусто — репа, капуста, грибы сухие, соты медовые. В клети добро — пух и перо, шерсть овечья, шуба человечья. Принёс медведь Дашу в хоромы и говорит:

— Вот хорошо, мне уже давно хозяюшка нужна. Будешь жить, мне рукавицы шить, топить печь да пироги печь. А я на охоту буду ходить, еду приносить.

Плачет Дашенька, а медведь ей мёду, орешков, ягод притащил — утешает. Ну, Дашенька поплакала и спать легла. Утром Мишка-медведь её разбудил.

— Ну, — говорит, — я на охоту иду, а ты щи свари, да мне одеяло сотки.

Миша ушёл, а Даша за дело принялась. Да всё у неё дело не клеится, всё из рук валится. Стала щи варить — воду через край пролила, печь затопила — всю избу задымила. Села ткать — нитки рвать, узелки вязать. Пришёл вечером Мишка домой. Изба чёрным-черна, окна не видать, щи без соли, каша горькая. Стал Мишка спать ложиться. Новым одеялом укрылся, да как вскочит!

— Это что, да это как? Не одеяло — дерюга! Покололо мои ноженьки, поцарапало мои плечики. Ах ты, эдакая нерадивая, ленивая, неряшливая! Иди в подвал, там сиди, репу перебирай, капусту считай!

Да и запер Дашу в тёмный подвал.

А бабушка да Маша искали-искали Дашу, да искать перестали. Ну вот, ладно, хорошо. Время прошло. Стала Маша в лес по ягоды собираться. Бабушка ей и говорит:

— Ты, Машенька, далеко не ходи, от тропочки не беги, через пни-колоды не перескакивай, а то, смотри, заблудишься.

— Хорошо, — Маша говорит.

Пошла Маша в лес. Идёт — ягодку за ягодкой щиплет, песню поёт. Да и не заметила, как от тропочки ушла, в дремучий лес зашла, стала через пни-колоды перескакивать. Сидит кукушечка на высоком дубу, на сухом суку.

— Ку-ку! Ку-ку! Иди, девочка, в правую сторону!

Повернула Маша в правую сторону. Откуда ни возьмись, вдруг выскочил, откуда ни возьмись, вдруг выпрыгнул Мишка-медведь, Михаил Иванович. Схватил Машу в охапку — и бежать! Бежал, бежал, прибежал в свой дом.

— Вот — говорит, — хорошо, мне уже давно хозяюшка нужна. Будешь жить, мне рукавицы шить, топить печь да пироги печь. А я на охоту буду ходить, еду приносить. Я сейчас на охоту пойду, а ты щи свари да и мне одеяльце сотки!

И ушёл. Стала Маша по дому похаживать, стала Маша в клеть, в подвалы заглядывать. А в клети добро — пух, перо, шерсть овечья, шуба человечья. А в подвале не пусто — репка, капуста, грибы сухие, соты медовые. И Дашенька там, и сестричка там! Обрадовались девушки, плачут.