Михаилу стало плохо. Друзья подъехали к заполненному водой рву. Здесь, прямо на площади, казаки насиловали девушек и женщин. Потом, приглянувшихся, самых красивых тащили к пьяному попу на крещение, чтобы взять в жёны.

— Подожди меня, — бросил Михаил Сашке.

Он спешился и отошёл к стене какого-то дома, его тошнило. Слева от него на телеге пьяная толпа казаков насиловала двух симпатичных девушек. Они уже не могли кричать, были голыми, в крови, и бессильно, как трупы, лежали поперёк телеги. Казаки азартно тыкали в них ножами. Это были Сара и Лиора.

А двух других девушек казаки тащили к мосту. Там на другой стороне была церковь.

— Счас покрещу, и станешь моей женой, — дышал перегаром в лицо Рут немолодой казак. И слюнявил своими губами её губы, меж тем, как руки его шуровали у неё под платьем, — счас будешь моя…

Рут не сопротивлялась, она уже задумала своё…. Не сопротивлялась и Дина, словно бы выказывая удовольствие, ступая рядом с усатым, степенным запорожцем.

Рут обняла казака и сказала ему на ушко:

— А ты знаешь, что я умею пули заговаривать.

— Да ну, — удивился казак, в его пьяном мозгу такое не укладывалось, — как это?

— А вот так: ты будешь в меня стрелять, а я пули отведу.

— Не может такого быть!

— А давай попробуем!

— Давай.

Он и представить себе не мог, что девушка сама ищет смерти.

Михаил смотрел, как казак, взяв у другого самопал, отошёл на несколько метров и прицелился в девушку.

«Убьёт сейчас», — подумал он.

Но вдруг, не успев выстрелить, казак вздрогнул и медленно опустился на землю. В груди его там, где сердце, торчал нож. И тотчас же в воздухе мелькнула гибкая, сильная фигура. Неизвестно откуда взявшийся человек в немыслимо высоком прыжке ударом ноги вышиб Сашку из седла. Вскочив на коня, он подхватил девушку и, промчавшись через мост, поскакал в степь. Казаки стояли, разинув рты от удивления и, воспользовавшись этим, Дина перевалилась через перила моста и прыгнула в воду. Казак, который тащил её, собрался было прыгнуть следом, но другие удержали его. Голова Дины показалась два раза над поверхностью воды и исчезла.

— Утопла, — констатировал кто-то.

Меж тем Михаил, сразу забыв о своей головной боли, вскочил на коня и помчался следом за похитителем.

Вскоре Сашкин конь, неся двух седоков, начал уставать, и расстояние между ним и преследователем сокращалось. Михаил догнал его уже у леса.

Человек, угнавший коня, ссадил девушку, которая сразу исчезла в лесу, и повернулся к Михаилу. Тот увидел перед собой молодого красивого парня, совсем юношу. Большие, миндалевидные глаза его, которые в этот момент были твёрды и решительны, выдавали происхождение своего хозяина. «Надо же, еврей, а так владеет конём и оружием», — подумал Михаил.

Парень изготовился для защиты, в руке его была Сашкина пика, оставшаяся на коне в бушмате [6] по-походному притороченной к седлу. Михаил поскакал навстречу и, когда они сошлись, ловким, известным каждому кавалеристу приёмом вышиб пику из рук парня. Потом развернулся, выхватил саблю, снова помчался в атаку но, не доезжая нескольких метров до противника, вдруг натянул поводья, остановив коня, и опустил саблю. Ему расхотелось убивать этого парня. Тот, как затравленный зверь, следил за каждым его движением.

— Не бойся, я не причиню тебе зла.

Парень молчал, настороженно выжидая, чувствовалось, что он не верит ни одному слову Михаила.

— Как зовут тебя? — неожиданно для самого себя спросил Михаил. И этот обыкновенный вопрос слегка растопил ледок недоверия.

— Давид.

— А я — Михаил. Шляхтич польский. Не казак.

— Тогда что ты делаешь среди казаков?

— Я воюю за правду… да ещё за деньги, — добавил он погодя.

— У тебя своя правда, а у меня своя.

— Иди, скрывайся в лесу, только коня верни, он моего друга. Да и не нужен вам конь, он только выдаст, пешему легче скрыться.

Давид спрыгнул с коня и, не сказав больше ни слова, не попрощавшись, исчез в лесу.

Сашка с трудом поднялся и, приспустив штаны, рассматривал огромный синяк на левом боку. «Хорошо, что не сломал ничего, — подумал он. И что это за приёмы такие невиданные».

Потом похромал навстречу Михаилу. Занятый собой и своими мыслями, он не обращал внимания на то, что творилось вокруг, первое шоковое впечатление от увиденного уже прошло. Вдруг его отсутствующий взгляд зацепил одинокую женскую фигуру. Она сиротливо пристроилась на камне возле какого-то дома и выглядела печальным застывшим островком среди людей, снующих в разных направлениях. Сашка подошёл ближе и увидел симпатичную девушку с заплаканными глазами и печатью страдания на лице.

— Здравствуйте, госпожа, о чём мечтаем? — Как обычно, в своей шутливой манере начал он.

Девушка одарила его презрительным взглядом, и Сашка вдруг почувствовал какой-то необычный интерес к ней.

— Может быть, у вас с языком что-то случилось, тогда я, как доктор, могу его подлечить. Откройте ротик, закройте глазки.

— Девушка, поняв, что молодой человек привязался и просто так не отвяжется, вымолвила:

— Я с казаками не общаюсь.

— А что так, разве они плохие люди?