Мои губы дернулись в усмешке:

— Нет, спасибо.

Деймон наклонился вперед еще сильнее, и моя голова совсем пошла кругом.

— Ты не умеешь лгать, Котенок. Всякий раз, когда ты это делаешь, твои щеки горят ярким пламенем.

Правда? Вот черт. Я снова попыталась пройти мимо него, но он, потянувшись, захватил мои запястья. Его пальцы не сжимали меня сильно, но я все равно чувствовала, будто они прожигали меня до самых костей. Я не хотела смотреть на него, но, казалось, была не в состоянии от этого удержаться.

Мы находились слишком близко друг к другу, и между нами было слишком много напряжения. Его глаза обжигали меня.

Он опустил голову, и я забыла, как дышать. Завороженная, я смотрела, как его губы медленно дрогнули в улыбке. Мне было крайне сложно обращать внимание на то, что он говорил, но его слова, тем не менее, как-то просочились в мой затуманенный мозг.

— У меня есть странное ощущение, что мне все-таки стоит это попробовать.

— Попробовать что? — Мой взгляд опустился на его губы.

— Думаю, тебе бы хотелось это узнать. — Он придвинулся еще ближе, и его ладони прошлись вверх по моим рукам, остановившись на моем затылке. — У тебя красивые волосы.

— Что?

— Ничего. — Его пальцы касались моей шеи, медленно двигаясь вдоль прядей распущенных волос, приподнимая мою голову. Мои губы раскрылись сами собой, и я ждала.

Он опустил руку и потянулся снова, пока я стояла в ожидании — вероятно, слишком явном ожидании — узнать, испытывал ли он то же самое непрошенное томление. Чувствовал ли он хотя бы толику того, что испытывала я.

В место этого, Деймон вытащил с верхней полки бутылку воды.

Я вжалась в стойку.

Что за черт.

В его глазах искрился смех, когда он, развернувшись, направился к столу.

— О чем ты спрашивала, Котенок?

— Перестань так меня называть.

Он отпил из бутылки.

— Ди выбрала фильм, который планировала смотреть?

Я кивнула.

— Да, она упоминала об этом в классе.

— Прекрасно. Значит, давай смотреть фильм.

Я оттолкнулась от стойки и последовала за ним. Задержавшись в дверях, я наблюдала, как он поднял диск и нахмурился.

— Чья это, говоришь, была идея?

Я пожала плечами, в то время как Деймон, вскинув брови, читал аннотацию.

— Что бы ни было, — пробормотал он.

Откашлявшись, я прошла в комнату.

— Слушай, Деймон, ты не обязан сидеть здесь и смотреть со мной фильм. Если у тебя есть дела поважнее, я уверена, что вполне справлюсь сама.

Он оторвал взгляд от обложки диска, пожав плечами.

— У меня нет никаких дел.

— Ладно. — Я все еще чувствовала неуверенность. Сама идея о том, что ему понравится провести вечер в моей компании, за просмотром фильма была более нереальной, чем существование пришельцев среди людей.

Я заставила себя пройти через комнату и сесть на диван, в то время как он направился к телевизору. Вставив диск, он подошел к дивану и сел на самый его дальний конец.

Телевизор включился, не смотря на то, что я могла поклясться — Деймон оставил пульт управления лежать на тумбочке. Возможно, было не так уж и плохо, что я не обладала его способностями, потому что подобная сила превратила бы меня в самую большую лентяйку на свете.

Он взглянул на меня, и я немедленно отвела глаза в сторону ТВ.

— Если ты заснешь во время фильма, будешь мне должна.

Я повернулась к нему, нахмурившись:

— Это еще почему?

На лице Деймона появилась волчья улыбка:

— Просто смотри фильм.

Я сделала гримасу, но промолчала. Деймон переместился, диван чуть прогнулся, и дистанция между нами стала значительно меньше. Я задержала дыхание, пытаясь снова обрести способность дышать. Он, казалось, ничего не замечал, глядя на идущие на экране титры.

Я вглядывалась в его профиль, в сотый раз, задаваясь вопросом, о чем он мог думать и, как обычно, осталась в полном неведении.

Разочарованная, я перевела взгляд на ТВ, решив, что необъяснимое влечение, которое я к нему испытывала, являлось всего лишь результатом моего воображения.

Иначе и быть не могло.

Чувствуя напряжение и скованность, я в буквально смысле считала минуты до того момента, когда Ди, наконец, вернется домой.

В среду на геометрии Деймон оказался на удивление тихим. Неизбежный толчок ручкой произошел только один раз, и то только для того, чтобы напомнить мне, что единственные планы, которые у меня были после школы, это находиться возле него.