– Скажи Джейн. Что ты увидела. Только одно слово, Джейн. Всего одно слово, и я уйду.

"Огонь" - показала Джейн знаком.

Человек несколько мгновений стоял рядом. Он понял знак, потому что и сам выучил язык немых за это время.

– Хорошо, Джейн. Я ухожу. А завтра мы поговорим еще. Если будет плохо, зови меня.

Джейн не ответила. Она подумала лишь, что завтра все будет иначе. Все. Она приведет себя в порядок. Она уничтожит в себе ту боль окончательно и придумает вместо нее новую, ту, которая будет соответствовать ее выдуманной жизни.

Ей дали разрешение на прогулки. После пожара больных перевели в соседнее здание. Их разместили среди других больных. Джейн оказалась на этот раз в палате с несколькими людьми, и они, поняв что Джейн не умеет говорить, потеряли к ней интерес.

Она вышла на улицу в полдень. Рядом с главным зданием все еще находились машины пожарных. А само здание чернело обожженными каменными стенами. Кто-то работал наверху, выкидывая обгоревшие останки мебели.

А Джейн смотрела на черный корпус здания и придумывала свою историю с огнем. Боль ушла. Чтобы ее не было надо было просто не вспоминать про тот огонь. Надо было вспоминать только этот и тогда боли не было.

Джейн думала. Она искала как связать свою боль с огнем и, наконец, поняла как. Это было жестоко с ее стороны. Жестоко по отношению к придуманным персонажам, но эта жестокость могла объяснить боль. Два человека. Два силуэта, тех самых родителей. Джейн смотрела на них в своем сознании и говорила им "прощайте".

"Я вспомнила." - сказала Джейн знаками, когда вновь оказалась с доктором.

– Ты можешь рассказать?

– Да, - ответила она и вздрогнула.

– Джейн, ты это сказала словами.

– Да. Да. Да, - повторила Джейн.
– Ййй Йаа...

– Продолжай, Джейн. Спокойно. Ты умела говорить всегда. Просто говори и все.

– Ййа.. Ввсспооммнниииллааа...
– протянула она едва сумев выговорить слова.

– Не волнуйся. Все нормально, Джейн, - сказал врач.
– Достаточно слов, говори знаками.

"Мои мама и папа." - сказала она.
– "Я вспомнила их. Они умерли."

– Расскажи о них.

"Огонь. Они попали в огонь."

Она продолжала рассказывать. Не сначала и не с конца. Она вырывала куски из середины и говорила то о лесах, то об отце, то о матери, то вспоминала огонь, тот "страшный" огонь, пожар, в котором погибли ее отец и мать. Она плакала, говоря эти слова и, в то же время, держала себя, чтобы не провалиться в бездну, чтобы выстроенный ею мир не сломался. Он не должен был сломаться. Джейн придумала все так, чтобы не было никаких сомнений.

Прошло два месяца. Джейн рассказала свою историю, рассказала о том, что жила в лесу, что ее родители ушли туда по каким-то своим причинам и не желали уходить в город. Она рассказывала о людях, которых встречала в лесу, об охотниках и собирателях. Она говорила о лесном пожаре, о том, как они бежали через пожар, о том, как отец бросил Джейн с обрыва в реку, а сам убежал за матерью, попавшей под упавшее дерево. Джейн рассказала о том, как вернулась на то место после пожара и о том, как нашла в золе предметы, принадлежавшие ее отцу и матери. Там же были и обгоревшие останки людей... На вопрос, куда делись предметы, Джейн ответила, что потеряла их, и не знает где.

Теперь она умела говорить. Она все еще заикалась, еще тянула слова, и с ней работал другой человек, который помогал Джейн избавиться от дефектов речи. Но теперь все было иначе. В один из дней врач пришел к Джейн и объявил:

– Я пришел сказать, что ты больше не больна, Джейн.

– Не больна?
– протянула она с удивлением.

– Ты вспомнила все. Смогла преодолеть боль, значит, ты уже не больна. В тебе остались только последствия болезни, но они пройдут, Джейн. Этому нет сомнений. И, поэтому, я решил направить тебя в другое место.

– В какое?

– Там живут и работают такие же как ты, Джейн. Люди, которые серьезно болели, их болезнь прошла, но остались последствия. Это учреждение называется - реабилитационный центр. Там тебе будет лучше чем здесь, Джейн. Ну, а если тебе не понравится, то ты сможешь меня найти, и я что-нибудь придумаю. Ты согласна, Джейн?

Она не могла быть не согласной, хотя и понимала, что ее болезнь никуда не делась. Но Джейн была сильна. Она могла справиться со своей болезнью сама. Она могла.

– Я согласна...

Она вступала в новую жизнь. В общество людей. Теперь у Джейн появились документы и полное имя - Джейн Камара. Сначала она жила в общежитии, позже получила отдельную квартиру. У нее была работа, которая стала основой для жизни в обществе. Она работала на небольшой швейной фабрике, где производилась одежда. Люди небольшого городка покупали ее у своих, а иначе фабрика давно разорилась бы, потому что развитая промышленная индустрия выпускала одежду на много более дешевую.