Всего в их отряде было семь человек, четыре воина легионера, и три девушки магини. Так уж вышло что с парнями они не поладили с самого начала, и вот теперь, когда служивые полегели в очередном рейде, отказались от очередного "прицепа" и задания выполняли исключительно втроем. Да и какие там задания, перехват разведгрупп или вестника, отравить колодец, или поджог устроить, для целительницы и двух боевых магинь это сущий пустяк. Бывало конечно и жарко, но всего пару раз.

И сейчас Сильвия блаженствовала, середина зимы в Империи это страшно, но в Нимии... Здесь не дули лютые ветра, вместо них лишь легкий бриз приносящий бодрящую прохладу. Нет сугробов по колено, лишь тонкий слой снега приятно хрустевший под ногами. А деревья напоминают причудливые скульптуры, и как порой весело стряхивать друг на дружку снег с их веток.

– Сильиви, - протянула лейтенант.
– Давай крюк сделаем?

Капитан только изящно дернула бровью.

– У нас вода закончилась, да и коней помыть надо, - пояснила Свата.

Сильви кивнула и дернула своего Ксаму за поводья, молодой жеребец свернул с широкой дороги и двинул через заросли. Спустя десять минут, когда уже был виден незамерзающий ручеек волшебница почувствовала чье-то присутствие. Она не могла сказать человек ли это, или зверь. Слишком не ясно, и стоит только сконцентрироваться, как в голове все размывает. Стоун вскинула руку, показывая знак готовность, и спешилась, попутно напитывая плетение силой.

Троица, сокрыв себя Пологом, неспешно двигалась к ручью. И тут Сильви увидела это. Когда-то давно она крутила шашни с историком, он был очень нерешительный паренек, но обладал своеобразным чувством юмора и симпатичной мордашкой, да и водил её просто по изумительным местам. Одним из них оказался старый музей, и там она видела неких Предков, страшных человекообразных существ, завернутых в шкуры. И вот сейчас она вновь увидела это животное, в грязных волосах даже с расстояния в десять метров виднелась какая-то живность. От шкур, в которые был замотан некто, шло такое амбре, что Ташу чуть не вырвало. Да и цвет кои у него был странный, красный какой-то.

Вдруг это существо обернулось и кинуло в их стону камень. Тот не достиг цели, отлетев от Щита, вовремя выставленного Сильвией, тут же в полет сорвалось плетение Каменных Цепей, и причудливое создание упало.

Девушки облегченно выдохнули. Подойдя поближе Сильвия перевернула носком сапога тушку, и посмотрела на лицо этого явно человека. Не было той угловатости и обильной растительности, а глаза и вовсе были какими-то добрыми и умными. И, задери демоны, на его устах сияла незаметная ухмылка, но не над противником, а над собой.

– Ты кто такой?
– Сильвия говорила на Нимийском без акцента, так как учила его еще с детских лет.

– Нимия?
– речь давалась чужаку с трудом, слова он выплевывал, проглатывая окончания. К началу разговора подоспели и подруги, которые теперь рассматривали оружия незнакомца и его мешки.
– Нимия плохо. Лучше другой. Знать восточный, гномий или Империя?

– Имперец?
– взвизгнула Свата и выронила каменное копье, вместе с ним она уронила и свой военный жетон.

– О, - многочисленно затянул чужак.
– Значит союзниками будем. В общем, милые леди, буду глубоко признателен если вы завяжите тесемки моего мешка, положите на место копью, да-да именно вон в тот сугроб. А потом уберете булыжники, признаться, меня от них уже тошнит. И да, я уже теряю сознание, так что будьте добры, позаботьтесь о моей бренной тушке.

– Ч-ч-чего?
– Сильвия откровенно не понимала что происходит.

Но ответа не последовало, странный Имперец вырубился, и, кажется, дрых с безмятежным спокойствием на лице.

"Слишком уж у него физиономия добренькая" - подумала Стоун внимательно разглядывая незнакомца.

Проснулся я от того что меня наглым образом облизывали. Понятное дело я помнил, кто именно меня вчера сперва сковал неизвестным заклятьям, а потом чуть не ограбил. И, как и все нормальные разумные не лишенные дара логики, предположил, что облизывают меня те же люди, но очнувшись в маленькой походно палатке, я заметил лишь лошадиную морду, протиснувшуюся сквозь створки, и теперь пытающуюся меня сожрать.

– Пошел, - я дернул за ноздрю и конь, вместо того что бы сморщиться и попяться, встал на дыбы и свернул всю конструкцию.

Что тут началось, во-первых, я тут же завернулся в шкуры, и нет я не стеснительный, но, демоны, холодно. Три девушки, которых можно назвать симпатичными только если ты в такой же ситуации как Ройс, то есть любая женщина, если она не носит прозвище Колдунья, вызывает у тебя легкое помутнение. А что поделать, времени избавиться от этого упущения деревенского паренька, у меня не было. Так вот, мои спасительницы вскочили и принялись махать руками перед мордой, явно обиженного скакуна. В итоге тот сдался и, презрительно фыркнув в мою сторону, отошел к своим сородичам.

– И что это мы делаем?
– ко мне подошла с довольно изящной фигуркой, мозолистыми пальцами, но приятным лицом. Хотя, возможно, это все Ройс.

– М-м-ерзнем, - ответил я, стуча зубами.

– А Ксамика зачем калечил?
– это откликнулась румяная пышка, типичная деревенская барышня. Может на каком хуторе её и посчитали бы первой красавицей, я же с такими предпочитал дружить, они, как правило, веселые и беззаботные.

– В-ваш К-ксамик мм-ною з-закусит-т-ь х-х-отел.

– Это он так здоровается, - хихикнула кудряха. Ничего так в принципе, вот только смышленая больно, заметила как я вожу взглядом по всем изгибам её тела. А нефиг было доспех снимать, хочу и пялюсь, мне можно, я пещерный.