– Ты что с ума сошла? – спросил шепотом, словно кто-то еще мог услышать.
– А если бы он тебя здесь увидел?

2

Максим не сразу вошел в дом. Походил по двору. Луна тускло отражалась в лужах, капало с крыши. Где-то вдали лаяла собака.

В доме было тихо, только половицы скрипели под ногами. Он прошелся по комнатам, не включая света, - с улицы в окна падал свет от дворового фонаря. Постоял перед холодным, зияюще черным камином. Почему-то захотелось затопить его, сходил за дровами, долго возился, дрова чуть отсырели, не хотели гореть. Наконец огонь занялся, затрещал весело, заискрился, загудел тихую песню.

Он долго сидел на полу, скрестив ноги, не отводил взгляда от занимающегося пламени, чувствуя, как теплом опаляет лицо.

Вспоминаешь ли ты когда-нибудь?

Сырые дрова не хотели загораться, суетившийся вокруг костра Колька ругался, Нина хохотала над ним.

– Хватит смеяться, – Колька бросает в девушку шишкой, - помогла бы лучше.

Нина чистит картошку, и не придумывает ничего лучше, как бросить картофелиной в Кольку. Картофелина попадает Кольке в лоб, он хватается за голову и, потешно рыча, двигается на Нину.

Она хохочет во все горло:

– Ой, не могу! Прямо мишка косолапый по лесу идет, шишка отскочила прямо мишке в лоб!

Колька дико рычит и набрасывается на Нину:

– Я сейчас тебя съем!

Нина взвизгивает, они смеются и целуются.

Из палатки выходит лохматый заспанный Володька, садится прямо на землю, обувает сапоги:

– Как же вы мне надоели, голубки! С самого утра покоя от вас нет! Когда завтрак будет готов, Джульетта? Да вы, черти, еще огонь не развели?!

Колька снова кидается к дровам, пытается их разжечь, Нина старательно начинает чистить картошку.

Когда Максим возвращается с небольшого лесного ручья, протекавшего неподалеку от их лагеря, с полотенцем на плече, свежий, бодрый, в прекрасном настроении, он застает мирную картину: уютно потрескивает костер, в котелке бурлит картошка, Колька с Ниной, обнявшись, о чем-то шепчутся, Володька зашивает порванный носок.

– Ну, прямо семейная идиллия! – смеется Максим.

Ему нравится в тайге. Здесь среди огромных сосен он чувствует себя свободным и счастливым. Геологи, у которых дома остались дети, снисходительно относятся к ребятам, опекают их, ограждают от тяжелой работы. Колька с Ниной и Володя большей частью остаются на хозяйстве. Володька хочет домой, уговаривает ребят вернуться, но Кольке с Ниной здесь хорошо - они могут целоваться целыми днями напролет. Максим целый день занят, он работает наравне со взрослыми, ему некогда выслушивать жалобы.

Вот и сейчас за завтраком Володька вслух мечтает об абрикосах и черешне, о теплом море, но Макс слушает его вполуха. Виктор Борисович, руководитель экспедиции, крепкий пятидесятилетний мужчина, несмотря на то, что час назад вернулся с геологоразведки - за десять километров ходили, разведывали новое месторождение - снова куда-то собирается, снаряжает рюкзак.

– Куда вы, Виктор Борисович? – вскакивает Максим.

– На охоту, как видишь, - Виктор Борисович заряжает охотничье ружье.

– Зря ты это затеял, Виктор! – недовольно говорит Степахин, пожилой геолог.
– Тот медведь, что мы встретили, ушел давно, да и знаешь ведь, что в этих местах запрещено на медведя охотиться!

– На медведя?! – у Максима перехватывает дух. – Виктор Борисович, возьмите меня с собой!

– И меня! – вторит Колька.

– И меня! – эхом Володька.

– А что?!
– Виктор Борисович с вызовом посматривает на Степахина. – А вот и возьму! Собирайтесь!

– Борисыч! Детей-то зачем за собой тащишь?

Но дети уже бегут в палатку - собираться на охоту.

В лагере имелось всего три ружья. Одно взял Виктор Борисович, другое досталось Володьке, а третье – Максиму. Обиженному Кольке поручили взять лопату, он надулся, и уже отказывался идти, тем более что на шее повисла Нина, уговаривая остаться, но Макс пообещал дать пострелять из своего ружья, и Колька, поцеловав на прощанье Ниночку, взял лопату и отправился на первую в своей жизни охоту.

«Тайга, – писал Максим в письмах домой, – это тот же лес, но только во много раз больше и гуще. Деревья здесь такие огромные, что закрывают своими ветвями небо. Поэтому в тайге всегда сумрак, и когда идешь по ней, кажешься себе таким маленьким и слабым!»

Уже третий час они пробирались по тайге в сторону реки. Виктор Борисович рассказал, что возвращаясь в лагерь, они встретили в лесу огромного медведя.

– Далеко он не мог уйти, где-то здесь бродит! – Виктор Борисович полон охотничьего азарта, и этот азарт передается мальчишкам.

– Но ведь медведь может убить человека! – говорит Володька, ему страшно, он уже жалеет, что пошел, впрочем, он видит, что и Максу и Кольке тоже немного страшно, и это успокаивает его.

– Да, иногда медведь нападает на человека, – говорит Виктор Борисович. – Это очень опасный хищник. Умный и хитрый.