— Слушаюсь, милорд.

Пока карета катила по булыжной мостовой, Николас предпринял попытку посмотреть на происходящее с точки зрения Софи. Она знала, что он был влюблен в Жанетт. Но почему этот факт привел ее к столь немыслимому предположению? Невероятно! В голову не приходило ни одного правдоподобного объяснения.

Он дожидался Жанетт в малой гостиной. Николас всегда находил обстановку этой комнаты забавной. В отличие от Софи, ценившей сдержанность и теплые пастельные тона, ее подруга предпочитала яркие, даже кричащие краски. Экспрессивность Жанетт находила полное выражение в интерьере ее дома.

— Что она тебе сказала? — спросила она с порога и быстро прошла в комнату, шурша шелковыми юбками.

Николас улыбнулся женщине, в которую, как ему когда-то казалось, был так сильно влюблен. Конечно, она ему и сейчас нравилась. Но что-то изменилось в нем с тех пор, как он встретил Софи.

— Полагаю, твоя подруга считает, что у нас с тобой тайная связь.

Жанетт всплеснула руками.

— Почему она несет этот вздор?

Николас нахмурился. Он тоже думал об этом всю дорогу сюда.

— Понятия не имею.

— Она сказала, что подслушала наш разговор в саду во время бала. Мы говорили о моем состоянии, но каким образом Софи пришла к заключению о том, что этот ребенок — твой, выше моего понимания.

— Возможно, слышала только часть разговора.

— И все же я не могу понять, как она могла прийти к такому странному заключению. Мы с тобой всегда были только друзьями.

Николас вздохнул. Возможно, пришла пора сказать Жанетт правду.

— Присядь рядом, — попросил он.

— Что происходит, Николас? — Жанетт выглядела немного испуганной, но послушно опустилась рядом с гостем на диван.

Он взял ее за руку.

— Жанетт, Софи знает обо мне нечто такое, о чем я никому никогда не рассказывал.

Жанетт удивленно сдвинула темные брови.

— Ты скрываешь какую-то тайну? Ведь мы знакомы целую вечность, уж со мной-то мог бы поделиться!

— Когда мы с твоей подругой только познакомились, она нашла письмо, которое ты написала мне несколько лет назад. — Николас замолчал. Ему было крайне неприятно говорить об этом, но он понимал, что необходимо выяснить отношения. Пришло время поставить крест на этой неразделенной любви!

— И что?

— Я хранил его и часто перечитывал. Ты так интересно писала о том, как проводишь время.

Жанетт пожала плечами.

— Я все равно ничего не понимаю.

— Софи решила, что я влюблен в ту, что написала это письмо. Короче говоря, в тебя.

— И все же я не понимаю, какое это имеет отношение к ее безумному предположению.

Николас вздохнул.

— Она знала, что я тебя любил.

Еще ни разу в жизни Николасу так сильно не хотелось сбежать, как в эту минуту. Лицо его залила краска, и потому он отвернулся, не в силах выдержать изумленный взгляд Жанетт. Он совершил ошибку, рассказав ей о своих чувствах.

— О, Николас, и ты столько лет молчал! — со вздохом сказала она, выдернув свою руку.

— Жанетт, это было так давно, — сказал он, отыскав наконец в себе силы повернуться к ней лицом. — Еще до того, как Блэкберн вернулся в Англию.

Жанетт покачала головой.

— Почему ты мне не признался?

— Как я мог? — Он встал и подошел к окну. — Ты была любимой сестренкой Селби. Я знал тебя с тех пор, как тебе исполнилось восемь лет. Как мог я объяснить, что мои чувства к тебе из братских и целомудренных превратились в далеко не столь невинные.

— Я думала, мы откровенны друг с другом, — прошептала она. — Рассказывала тебе обо всем, что происходило в моей жизни.

Николас с упреком взглянул на Жанетт.

— Ты никогда не упоминала о Блэкберне.

— Но это тебя не оправдывает. Ты должен был мне поведать о своих чувствах.

— После того как умер твой жених, мне даже в голову не могло прийти, что я могу быть тебе интересен. И честно говоря, мне просто не хватило мужества. — Николас вернулся к дивану. — Я был уверен, что ты не ответишь мне взаимностью.

Жанетт уставилась в пол.

— Возможно, ты правильно поступил. Я чувствовала себя такой виноватой из-за смерти Джона.

— Потому что не хотела выходить за него замуж. Ты любила Блэкберна.