– Попался, - ласково мурлыкнул я, рассматривая пойманного духа.

А он надо признать выглядел довольно занятно - такое себе человекообразное дерево со слегка светящейся кожей-корой. Внешне он выглядел лет на сорок, не больше - если конечно сравнивать его с представителями человеческой расы, с которыми у него было приличное сходство. Хотя я подсознательно рассчитывал увидеть что-то более похожее на дедушку-боровичка с длинной зеленой бородой. Впрочем, мое разочарование распространялось лишь на его внешний вид. А вот то, что мы таки смогли его поймать, причем без каких-либо особых сложностей меня очень даже радовало. Все-таки он слишком обнаглел, полагаясь на защиту своего острова в виде непроходимых рифов, да и беспрекословное поклонение гоблинов, которое наверняка имеет место быть - тоже сыграло свою роль.

– Это чё? Чё это?!
– заметался он, то и дело, натыкаясь на непреодолимые для него стенки. Причем, судя по тому, как он кривился каждый раз, налетая на них - пламя доставляло ему множество 'приятных' моментов... Что говорило, что являясь на встречу, он не даже минимально не обезопасился.

Как я и говорил - он слишком обнаглел и расслабился, не опасаясь, что и на него найдется управа.

Что ж - нам это только на руку...

Последующие два часа пришлось потратить на запугивания и угрозы. Приходилось давить без остановки на Духа Чащи. Причем не только на магическом, но и на психологическом уровне. И если с первой частью справлялся Рунг, то вторая полностью лежала на мне... Впрочем это было не так уж и сложно после того, как я наконец сообразил снять амулет, скрывающий мою третью Силу.

Как же он шарахнулся в сторону, стоило ему заметить перемены в моей энергетической структуре. От избытка чувств он врезался в противоположную от меня стенку и, несмотря на причиняющее ему боль пламя, попытался проломить преграду. Когда же, наконец, полностью смирился со своей судьбой - то принес магическую клятву, по которой фактически полностью становился зависимым от моей воли. Таким образом, клан Ледяного Пламени обзавелся еще одним полностью подконтрольным ему островом.

На следующий день, подгоняемые боящимся за свою сохранность лешим, гоблины прибыли в наш лагерь. Теперь им предстояло поработать чернорабочими.

И ни капельки это не жестоко - до этого зеленявки ютились на небольшом каменном пятачке, который им отдал дух леса для проживания. А теперь они параллельно с работой на стройке поселения для орков, строили отдельное селение и для себя. И надо заметить, что с работой по дереву они оказались невероятно искусными мастерами. Так что принудительный альянс со временем обещал переродиться в более качественное состояние.

– ...И тогда Оберон уложил договор с владыкой Мрака. По этому договору в мир должны будут прийти корабли-монстры. Команда каждого будет состоять из какого-то вида нечисти или нежити. И править этой флотилией будут три адмирала. Архидемон, повелевающий морской стихией со своей свитой - на Веселом Демоне, утонувший тысячу лет назад некромант ставший личем с костяками - на одноименном корабле - Лич, и самый жестокий морской дьявол с собратьями - обитателями морскими чудищами - на Кракене. И в зависимости от необходимости каждый из адмиралов мог призвать к себе на помощь соответствующий флот... Именно этот договор, как надеялся король Оберон, должен был спасти его народ от уничтожения вражеской империей... Но как известно - никогда нельзя недооценивать противника, - старик сказитель, сделал длинный глоток из своей кружки, тем самым ополовинив ее. Ему тут же долили, на что он одобрительно кивнул и продолжил свой ужасный, но от того еще более захватывающий рассказ.
– Так вот - имперцы тоже оказались не так просты, и в тот миг, когда был заключен договор, обрушили на главный остров королевства Лапута мощнейшее заклинание, которое должно было его потопить...

– А почему именно в этот момент?
– выкрикнул кто-то из зала. На него тут же все зашикали.

Старец же лишь криво улыбнулся и все же пояснил:

– Остров был закрыт от магического наблюдения. И лишь благодаря огромному выбросу энергии, которой сопровождался приход в этот мир владыки Мрака, маги империи смогли нацелить свое заклинание... И видя такое дело - Оберон в последний момент изменил условия контракта, - вновь пауза, во время которой старик делает глоток эля, а у окружающих от желания узнать что же было дальше подрагивают кончики пальцев.
– По измененным условиям призванные адмиралы должны были отомстить за уничтожение королевства - а если точнее, то убить десятикратное количество имперцев по отношению к погибшим жителям Лапуты.

И они с достоинством выполнили требуемое. И так в лепту кануло не только королевство Лапута, но и Империя Ситхов... Но как это бывает - магия не терпит резких перемен. А потому из-за того, что контракт был в последний момент изменен - то отныне спящие в пучинах океанов корабли раз в тысячу лет пробуждаются от своего сна и вновь идут собирать кровавую жатву. А поскольку уцелевшие после той войны как лапутцы, так и имперцы рассеялись среди других народов - то накопленный счет, который должны оплатить десятикратно - очень велик...

И так как почти в каждом из теперешних людей течет кровь как лапутца, так и имперца, то многим не повезет в это пришествие...

– Неужели нет никакого выхода?
– тихо проговорил какой-то боцман, в наступившей тишине.

– Есть...
– кивнул старик.
– В те далекие времена людей было слишком мало, чтобы полностью их вырезать. А потому месть была направлена лишь на вооруженных людей, которыми в то время были лишь солдаты... Так что единственный выход уцелеть - это избавиться от всего оружия и не двигаться. И лишь тогда вас не тронут слуги призванных адмиралов.

– И это поможет?
– недоверчиво протянул кто-то.

– Да. Поможет...
– и, перебив возрастающий шум, добавил.
– Я, если кто не знает, был на 'Скороходе' в последнем рейде, - шум как отрезало. Об этом корабле знали все - неделю назад он прибыл в док со всего десятком человек на борту. Остальные были мертвы. А ужасающих размеров дыры, которые осмотрели маги - не несли никаких следов магии. И это еще больше пугало жителей побережья.

Но никто не успел толком задуматься о такой странности, как на улице что-то громко взорвалось, а потом послышались полные боли крики. А старик сказитель выразительно побледнел и пробормотал, и хотя было это сказано тихо - услышали в наступившей тишине все: