— Какие-нибудь трудности? — поинтересовался у него Выча.

— Не думаю. Ну-ка, посвети мне, — сказал Полус и, присев на корточки, открыл свой чемодан.

Из него он извлек дрель, а потом сверло. Осмотрев его режущую кромку, Полус положил сверло обратно в чемодан и достал другое. Затем он огляделся и попросил Вычу:

— Поищи-ка розетку.

— Да вот она, в стене, — сказал тот.

— Удлинитель мне потребуется?

— Да нет, — с усмешкой ответил Выча. — Здорово, да? Тот, кто ставил здесь проводку, словно знал, что ты обязательно сюда заглянешь.

— Да. Спасибо доброму электрику, — сказал Полус и, поднеся дрель к металлической плите, опустился на одно колено. — А теперь, когда будешь мне светить, фонарик держи ровнее.

И дрель в руках Полуса пронзительно завизжала.

Наступление комендантского часа он просто-напросто проспал.

Звали его Эдди Вилер, было ему девятнадцать, и работал он в аптеке Брукса.

Комендантский час застал парня в постели с Бетти Кэмпбелл, родители которой уехали на неделю в Бисмарк погостить у родственников.

Проснувшись в объятиях Бетти, Эдди взглянул на часы и, хотя никто, кроме подружки, услышать его не мог, тихо прошептал:

— Уже час.

В доме было темно, и только тусклый свет уличных фонарей, проникавший сквозь окно, освещал комнату девушки.

— Что собираешься делать? — спросила Бетти. Она полулежала на кровати, натянув на себя одеяло аж до самого подбородка.

Эдди спустил с кровати ногу и в поисках ботинка поводил ею по полу.

— Что собираюсь делать? — переспросил он. — Конечно же, идти домой.

— Зачем? Останься до утра.

— А что я скажу своим предкам? Они же спросят, где я провел всю ночь.

— А вдруг наткнешься на полицейских?

— А что они мне сделают?

Парень нашел второй ботинок и, сунув в него ногу, стал завязывать шнурки.

— Предупредят, — продолжил он, — и отпустят.

— Это моя вина, Эдди. Но я даже не заметила, как заснула.

— Мы оба заснули, — сказал парень и поднялся с кровати. — Я тебе завтра позвоню.

— Подожди. Я тебя хоть до входной двери провожу. Не делай этого. Лучше ложись спать.

— Но мне надо закрыть за тобой дверь.

Эдди настолько пугала мысль о том, что по дороге домой его может остановить полиция, что он даже не заметил, как его подружка, стройная и розовотелая, словно нимфа, спрыгнула с кровати и быстро накинула на себя махровый халат.

Вот уже полгода длились их интимные отношения, а Бетти все еще стеснялась показать Эдди свое обнаженное тело. Даже перед тем, как забраться в постель, она заставляла парня повернуться к ней спиной.

По лестнице, покрытой ковровой дорожкой, они спустились вместе. Бетти шла босиком. У Эдди бешено колотилось сердце — у него было ощущение, что он стоит на краю пропасти. “Проклятый комендантский час”, — подумал парень и, приоткрыв входную дверь, выглянул на улицу. Ни машин, ни людей на улице не было.

— Завтра позвоню, — прошептал он Бетти.

— Эдди, поцелуй меня на прощанье, — попросила девушка.

— Ой! Прости. Совсем забыл.

Эдди обнял Бетти и, ощутив ее тепло и сладкие губы, забыл обо всем на свете. Из приоткрытой двери в спину ему дунул холодный ветер с улицы, и парень вспомнил, что пора уходить. Шепнув девушке на ухо, что позвонит завтра, он отпрянул от нее. И в этот момент халат на Бетти распахнулся, и все ее прелести разом предстали взору Эдди. Однако и это не остановило влюбленного парня. Он боком протиснулся в щель между дверью и косяком и вышел на крыльцо. Девушка пожелала ему спокойной ночи и закрыла за ним дверь. Эдди услышал, как за его спиной щелкнул замок.

На Орандж-стрит было темно и тихо. Никакого движения Эдди не заметил. Всего в квартале от него находилась Реймонд-авеню. На ней тоже было тихо, но освещена она было гораздо ярче. Парень посмотрел на часы. Они показывали начало второго. “Какой же мне выбрать путь?” — подумал Эдди. Нарушители комендантского часа предпочтут добираться до дома не по широким и ярко освещенным улицам, а по узким и темным. Поэтому полицейские наверняка патрулируют тихие улочки, а на центральной улице появляются гораздо реже.

“Все, до Блейк-стрит добираюсь по Реймонд-авеню”, — решил Эдди. Там, на Блейк-стрит, всего в двух кварталах от Реймонд-авеню, стоял дом, в котором он жил. Этот путь показался ему самым безопасным. Кроме того, завидев огни патрульной машины, он мог бы юркнуть в какую-нибудь подворотню или свернуть на одну из улиц, выходивших на Реймонд-авеню.

Сунув руки в карманы брюк, Эдди медленно спустился по ступенькам крыльца дома Бетти. Втянув голову в плечи, парень быстро зашагал по Орандж-стрит. Он шел, оглядываясь назад, но огней патрульной машины так и не увидел.