— Меня интересуют древности.

Кроме откровенной грубости, у нее было немного вариантов для ответа.

— В этом случае вам стоит поехать со мной. Если вам нравится готика или, может быть, романтические романы Вальтера Скотга, не исключено, что Уоллоп-Холл покажется вам симпатичным местом. Мой отец, мистер Монтроуз, будет рад показать вам средневековые детали дома.

Это еще не конец света. Поскольку Айверли, несомненно, странная личность, с Монтроузами он будет чувствовать себя в своей тарелке.

Следуя за леди Фэншоу по тропинке, обрамленной вековыми дубами, Себастьян не мог понять, в своем ли он уме. До сих пор он твердо придерживался двух принципов: любыми способами избегать женщин и воздерживаться от праздных разговоров, которые могут привести к новым знакомствам. Так зачем же он едет в гости к людям, которых не знает и наверняка чужды ему по духу? И хуже того, в обществе персоны, которая безоговорочно относится к женскому полу.

Себастьян мог разглядеть все нюансы ее фигуры. Она идеально; сидела в седле, демонстрируя высокую грудь и тонкую талию. Но не ноги. Прежде он никогда не обращал внимания на женские ножки и на другие части тела, воспринимая женщину в целом, абстрактно, без труда выбрасывая ее образ из головы. Но сейчас он не мог думать ни о чем, кроме ножек. Воспоминание об икре и колене вызывало мысли о лодыжках и бедрах. И не об отдельных анатомических деталях, а о ножках вообще в их восхитительной целостности, затянутых в тонкий розовый шелк.

Неужели он думает, что это не последняя возможность увидеть их еще раз? Что он здесь делает? Если все же у него есть возможность — или опасность — увидеть ножки леди Фэншоу еще раз, то по здравому размышлению он должен развернуться и как можно быстрее скакать в обратном направлении, не останавливаясь, пока не доберется до своей холостяцкой квартиры в Лондоне.

— Леди Фэншоу, — услышал Себастьян свой собственный голос, — а ваш муж тоже в Мэндевилле?

Как, черт возьми, у него это вырвалось? Ведь ему нет никакого дела до того, где находится ее муж. И кстати, где находится она. Он чувствовал бы себя много лучше, если бы ее не было рядом. Но после событий в конюшне он потерял контроль над своими действиями и языком.

Услышав его вопрос, она повернула голову, и Себастьян почувствовал, как в груди забилось сердце. Еще раньше, увидев Диану в библиотеке, он обнаружил, что у нее голубые глаза и густые темные ресницы, поэтому волноваться было нечего — это всего лишь черты лица. Приятные, конечно, даже очень красивые, если быть честным. Себастьян всегда гордился своей честностью, — но всего лишь черты лица: глаза, губы, лоб, подбородок, они есть у всех. Но просто не поддается логике, почему от вида ее щеки, полной и округлой, так сильно нарушилось его душевное равновесие?

— Сэр Тобиас Фэншоу умер почти два года назад, — ответила она.

Вместо ответа он издал какой-то невнятный звук. Себастьян боялся, что она начнет плакать, — как он представлял себе, вдовы всегда: плачут, когда говорят о бывшем супруге. Однако глаза леди Фэншоу оставались сухими, и она не проявляла подходящего к моменту огорчения и даже смущения. Вновь пустив лошадь медленным шагом, что подчеркивало изящество ее посадки, Диана вдруг внезапно остановилась.

— Мин! — крикнула она.

— Ди! — закричала в ответ девушка, сидевшая на бревне за чтением.

Она закрыла книгу и помахала рукой. Леди Фэншоу легко спустилась с лошади и встретила девочку у края дороги. Они обнялись.

— Что ты здесь делаешь? — спросила девушка.

Мим? Это что, имя?

— Мы не ждали тебя раньше завтрашнего дня. Почему ты на лошади? Где твой багаж?

— Я остановилась в Мэндевилле на несколько дней. Вот решила совершить прогулку верхом.

— Правда?

В загадочной манере, присущей женщинам, Мин сумела наполнить всего одно слово множеством значений.

Леди Фэншоу кивнула в сторону Себастьяна:

— Мистер Айверли был столь любезен, что вызвался сопровождать меня.

— А почему не лорд Блейкни?

Мин не засмеялась, но усмехнулась.

— Лорд Блейкни отправился поохотиться с друзьями. Я собиралась поехать одна.

— Конечно.

Мин кивнула в знак согласия.

— Но в конюшне я встретила мистера Айверли.

— Понятно.

Было очевидно, что обе они сообщил и друг другу важные вещи, но для Себастьяна вся эта информация оказалась скрыта. Он словно вернулся в детство, В общество своих кузин, чьи разговоры всегда казались полными скрытого смысла. Он напрягся в ожидании взрыва смеха.

— Мистер Айверли, позвольте представить мою сестру мисс Минерву Монтроуз. Мин, познакомься с мистером Айверли.

Он спешился и опустил голову в поклоне. Мин несмотря на свой возраст — Себастьяну показалось, что ей около пятнадцати, — с важным видом сделала реверанс, но затем нарушила эффект, с недовольством обращаясь к сестре.

— Ты же знаешь, Ди, что с тех пор как ты вышла замуж, меня надо представлять мисс Монтроуз.

— О, я приношу свои глубокие извинения. Мистер Айверли, это моя младшая сестра, мисс Монтроуз.