Взгляд Лоры остановился на поношенных кроссовках, носком одной из которых наглец нервно притопывал по тщательно вычищенному ковровому покрытию. Перенести подобное надругательство над результатами собственного труда и великолепием всего кабинета в целом оказалось выше Лориных сил. Она широко взмахнула тряпкой, отчего брызги разлетелись в разные стороны, и возмущенно спросила:

— Что это вы молчите?!! Набезобразничали и молчите!!!

Алек бесстрастно пожал плечами, взглянул на остатки пирожка, который все еще держал в руке, и невозмутимо ответил:

— Я думаю.

— «Думаю»?!! — задохнувшись, возмутилась Лора. — О чем?!!

Он выдержал паузу и с сарказмом пояснил:

— О том, как выполнить ваше требование. Способов три. Промывание желудка. Клизма. Харакири. Все три — малоприятны. Я должен решить, какой из них для меня более предпочтителен и менее мучителен.

— Вы что?!! Издеваетесь?!! — с этим восклицанием Лора вихрем подскочила к столу и вновь угрожающе взмахнула тряпкой. Вода с нее многочисленными обильными каплями разлетелась по глянцевой поверхности и лежащим документам.

— Убирайтесь немедленно!!! Иначе я позвоню господину Хэкману! И вам не поздоровится!!!

— Сумасшедшая!!! — Алек вскочил с кресла, с возмущением и яростью взирая на испорченные бумаги. — Психопатка!!! Она позвонит Хэкману!!! Скажите пожалуйста! Испугала!!! А я прямо сейчас позвоню в психиатрическую клинику! Пусть немедленно заберут буйно помешанную пациентку!!! Я…

Он не успел договорить, потому что донельзя взбешенная и до глубины души оскорбленная Лора решительно двинулась к нему, воинственно размахивая злополучной тряпкой. Мутные брызги летели во все стороны.

Ошеломленный внезапным натиском и от удивления и противоречивых чувств, Алек начал пятиться, свысока испепеляя надвигавшуюся на него злобную фурию пронзительным гневным взглядом.

Позорно отступить пришлось за порог собственного кабинета, дверь которого резко захлопнулась за Алеком. На глаза вдруг попался остаток пирожка, что все еще был в его руке. Возмущенно запихнув пирожок в рот, Алек с ожесточением прожевал его и устремился к телефону. Он быстро набрал номер Карла, поскольку «помешанная» именно его назвала главным авторитетом.

Удивленный Карл примчался незамедлительно. Но когда он и Алек вошли в кабинет, тот был пуст. Никаких следов боевых действий заметно не было. Стол сиял безукоризненной матовой поверхностью. Документы были аккуратно сложены в папку. Обнаружены были только маленькие влажные пятнышки на ковровом покрытии.

Алек гневно и категорично потребовал немедленно уволить «психопатку». Карл, осторожно задавая наводящие вопросы, все-таки сумел восстановить последовательность трагикомичных событий, которые, если бы не ярость Алека, заставили бы Карла долго смеяться. Теперь же приходилось мужественно и бесстрастно «держать удар», без возражений выслушивая неистовые раздраженные тирады Алека, возмущенно сотрясавшего документами из папки.

Карл задумчиво молчал, сознавая, что в данный момент любые, оправдывающие Лору, доводы и аргументы — бесполезны. Такого накала страстей Карл не мог представить и в страшном сне. Ведь Карл надеялся, что Алек отнесется с пониманием и чувством юмора к тому, что место уборщицы его кабинета займет утонченная аристократичная девушка, явно ищущая себя в жизни. Пусть и столь экстравагантным способом.

А вот теперь было большим вопросом, удастся ли «погасить» разыгравшуюся, по сути, «бурю в стакане воды»…

На следующий день, в полдень, Лора приехала в офис по вызову Карла Хэкмана. Она сидела в кресле в его кабинете и внимательно слушала то, что он говорил.

— Так вот, Лора, — с усмешкой произнес Карл. — Человек, которого вы вчера так решительно выдворили из кабинета… — он сделал паузу и объявил: — Александр Редфорд. Глава компании. Наш босс.

Сказать, что Лора была поражена до глубины души, было бы слишком мало. Она была просто убита сообщением господина Хэкмана. По лицу Лоры заструились слезы, и она, в отчаянье всплеснув руками, воскликнула:

— О, Боже!.. Да как же?!! Я… я… и предположить не могла!.. Что же делать?.. Какой ужас!!!

И Лора громко, навзрыд, заплакала.

— М-да… — задумчиво протянул Карл. — Честно говоря, я — в растерянности… А плакать не надо, Лора. Слезы здесь не помогут. Вот ведь ситуация!.. Все, может, и обошлось, если б дело было только в этих злополучных пирожках и в том, что вы не опознали Алека. Он — человек, не лишенный здравого смысла и чувства юмора. Но вот испорченные документы!.. Да еще это позорное изгнание за пределы собственного кабинета!.. Алек взбешен до крайности. Он требует, если так можно выразиться, «вашу голову». А проще говоря, настаивает на вашем немедленном увольнении, Лора.