Алек допил виски и протянул стакан бармену, сделав знак повторить. Он ощущал себя так, будто находился под завалом многотонной груды обломков рухнувшей на него огромной скалы. Было ясно, какие потребуются грандиозные титанические усилия с его стороны, чтобы выбраться, уцелеть, освободиться из давящего удушающего тяжкого плена.

Карл без промедления поспешил навстречу Лоре, когда она, внешне абсолютно спокойно и независимо, шла по залу.

Они устроились у столика и долго молчали. Потом Карл протянул ей бокал вина, еще один, с виски, взял себе. Едва бокалы опустели, Карл, все так же молча, вновь наполнил их, затем внимательно взглянул на Лору и подчеркнуто— спокойно предложил:

— Может быть, нам лучше уйти отсюда?

Лора повела плечом, посмотрела прямо в глаза Карла и иронично спросила:

— Уйти?.. Почему?.. Карл, я не вижу причин, которые мешали бы лично мне наслаждаться таким чудесным вечером. В великолепном ресторане! Прекрасном обществе!.. Мой муж сделал все… возможное и невозможное!.. чтобы порадовать меня! Чтобы сегодняшний дивный ужин в ресторане я не забыла никогда! Вы же понимаете, Карл, что я не могу после проявленной им заботы, недюжинной выдумки, фантазии, предприимчивости, изобретательности, нестандартных идей, по-тря-са-ю-щих, — выделила она, — поступков оказаться неблагодарной. Нет, Карл! Я останусь в ресторане. Чтобы доставить удовольствие своему сверх всякой мере ЗАБОТЛИВОМУ, — едко подчеркнула Лора, — мужу. И делаю я это для него, надеюсь, последний раз. Давайте лучше выпьем, Карл!

Тот невозмутимо и бесстрастно слушал полные сарказма слова, понимая, как тяжело сейчас Лоре. Он вновь налил Лоре вина, себе — виски, затем солидарно приподнял бокал, осушил его одним большим глотком и сказал:

— Лора, пожалуйста, теперь послушайте меня.

— Минуту, Карл! — перебила она, упрямо качнув головой. — Я желаю договорить. Чтобы в дальнейшем не было никаких недоразумений, хочу сразу пояснить: все, сказанное только что — это мое последнее упоминание о муже. Как сегодняшним вечером, так и впредь.

— Лора, подождите! Не горячитесь! И пожалуйста, выслушайте меня! — со всей возможной убедительностью быстро запротестовал Карл. — Я вам все сейчас объясню. Поверьте, я понимаю ваши чувства. Но Лора… Я убежден, что многое из того, что вам стало известно об Алеке — ложь. Гнусная циничная ложь! Я уверен, что вам надо обязательно выслушать Алека. Он…

— Карл! — прозвучал категоричный призыв Лоры, прервав его. Таким тоном она не говорила никогда. Ни с кем. — Карл, если вы сделаете хотя бы еще одну попытку заговорить со мной о господине Редфорде, я перестану считать вас своим другом! — и, сменившись в лице, с горечью добавила: — Пожалуйста, Карл…

В ее голосе было столько мучительной боли, что Карл, как ни хотелось ему помочь Алеку, согласно кивнул, поднял руки открытыми ладонями вверх и твердо заверил:

— Я принимаю ваше условие, Лора. Хотя по-прежнему считаю, что в сложных житейских ситуациях любое… пусть даже самое тяжелое и неприятное объяснение!.. всегда предпочтительнее неопределенного молчания. Вы еще очень молоды, Лора. Это, конечно, хорошо. Но все же в некоторых случаях молодости не достает хотя бы капли мудрости, сдержанности, здравомыслия, понимания. И сейчас я сожалею об этом, как никогда!

Оба замолчали, неспешно потягивая напитки из бокалов. Впрочем, вновь зазвучавшая громкая танцевальная музыка не давала возможности продолжать разговор.

Карл нашел Алека в баре. Тот вопросительно посмотрел на друга и по его виду сразу понял, что тому изменить настроение Лоры не удалось. Алек опустил голову и тяжело вздохнул.

Похлопав Алека по плечу, Карл ободряюще сказал:

— Алек, постарайся не терять присутствия духа и выдержки. Я уверен, что все рано или поздно уладится. Все будет нормально.

— М — да!.. — горько усмехнулся тот. — А будет ли?

— Послушай, Алек. Главное, держи себя в руках. Не поддавайся эмоциям. Сейчас Лора, конечно… — Карл покачал головой. — Думаю, объяснение с ней предстоит нелегкое. Но ты не отчаивайся, Алек. Лора — умная женщина. А это, в любом случае, самое важное. Очень важное. Поэтому… В общем, надо идти, Алек.

— Да.

Когда они вернулись в зал, там царил невиданный ажиотаж. Большинство присутствующих толпились у сцены, где разворачивалось увлекательнейшее действо.

Под аккомпанемент небольшого оркестра солистка исполняла джазовую композицию. Но не это было тем ошеломляющим фактором, который заставил Карла и Алека в одно мгновение застыть на месте.

Рядом с певицей стояла Лора. Она вдохновенно и уверенно вела вторую партию. Потом между исполнительницами началось соревнование. Импровизации следовали одна за другой. Едва отзвучала последняя нота, раздались бурные аплодисменты восторженных зрителей. Крики с просьбой исполнить еще что-нибудь летели со всех сторон. Лора вдруг быстро окинула глазами зал. Она заметила стоящих неподалеку от сцены Алека и Карла. Повернувшись к музыкантам, Лора о чем-то с ними поговорила, потом села за рояль и заиграла вступление. Оркестр подхватил мелодию, и Лора запела. Солистка оркестра негромко и неназойливо подстраивала фон.