Когда Джейн вышла на террасу, Харви уже сидел за столом, рядом с его стулом дремала большая собака. Напротив него расположился загорелый светловолосый мужчина лет тридцати с небольшим.

— Том Уоллер, — представил его Харви. — Мой управляющий. Моя гостья, Джейн Хадсон. Она пишет статью для одного английского журнала.

Том с интересом принялся расспрашивать Джейн о работе и в конце концов предложил:

— Приезжайте как-нибудь к нам, я познакомлю вас со своей женой. Хелена сможет рассказать вам много интересного. Она полька, приехала сюда подработать да, видите, тут и задержалась. — Он рассмеялся. — Мы живем в бунгало, совсем рядом с конторой, на въезде в рабочий поселок. Это в милях четырех отсюда. Хелена будет вам очень рада.

На низеньком столике стояли чашки, блюдца, чайник и молочник. К чаю подали тарелку с маленькими сандвичами. Очень по-английски. И печенье на ореховом масле — очень по-американски.

— Потрясающе вкусно, — похвалила Джейн, уплетая рассыпчатое печенье. — Совсем такое, какое пекла моя мама по книге «Все, что необходимо знать сельским хозяйкам».

Она не могла ошибиться: лицо Харви едва заметно изменилось. Джейн удивленно взглянула на него, недоумевая, что особенного сказала. Он взял сандвич, неторопливо сжевал его, а потом затеял разговор с Томом о каких-то хозяйственных делах. Левая рука Харви барабанила по подлокотнику кресла, а правая машинально поглаживала собаку.

Эта загорелая рука, длинные сильные пальцы как магнитом притягивали взгляд Джейн. Прислушиваясь к разговору мужчин, она ела сандвичи и печенье, запивая их крепким чаем. От ее внимания не ускользнуло, что Харви ограничился сандвичами, а к печенью даже не притронулся. Возможно, у него плохие зубы, подумала Джейн.

Мужчины ушли по своим делам, а Джейн решила поработать на террасе и отправилась за своими бумагами. Она пошла через гостиную, из которой можно было попасть в холл и уже оттуда подняться наверх.

Джейн поразил нарядный декор этой комнаты: светлые стены, яркие ковры на деревянном полированном полу. Плетеная мебель с цветастыми подушками так и манила присесть с книгой в руках, взятой с полки, протянувшейся вдоль одной из стен. На низеньком кофейном столике стоял большой букет ярких цветов.

В убранстве этой комнаты не было ни холодной элегантности, ни показной роскоши — просто удобное для жизни помещение, очень комфортное и нарядное. Джейн захотелось рассмотреть книги, но она постеснялась.

Джейн взяла свои бумаги и вернулась на террасу. Пайвари, с ним Харви сразу же по приезде на ранчо познакомил Джейн, убирал со стола.

— Печенье необыкновенно вкусное, — сказала она. — Это вы пекли?

Он вежливо кивнул.

— Да, мэм, я всегда угощаю им гостей.

Пайвари составил все на поднос и вышел. Джейн задумчиво посмотрела ему вслед: ей показалось, что его темные глаза на миг подернулись печалью. Хотя, возможно, ей это только показалось.

За ужином разговор вышел каким-то странным, похожим на репетицию, когда один подает реплики, а другой отвечает. Джейн спрашивала — Харви отвечал.

Джейн посмотрела на свою тарелку с бифштексом под винным соусом с грибами и сказала:

— Очень вкусно. Это готовил Пайвари?

— Да.

— Кто научил его так хорошо готовить?

Харви осушил стакан до дна.

— Моя мать, — вежливо ответил он и потянулся за бутылкой. — Еще вина?

— Да, пожалуйста.

Мартин говорил, что Харви потерял мать еще ребенком. Должно быть, повар начал работать на ранчо совсем молодым человеком. Отец Харви умер шесть лет назад.

Судя по ответам, у Харви не было ни малейшего желания обсуждать что-то, хотя бы отдаленно относящееся к его биографии. Однако Джейн все же узнала, что он был единственным ребенком в семье, что охотиться и ловить рыбу его научил отец и что Харви получил образование в Англии. Надменный и самонадеянный, сказала о нем Лорин. По-видимому, так оно и есть.

Его чрезмерная, будто подчеркиваемая скрытность, нервировала Джейн, ей с трудом удавалось поддерживать легкую, дружескую беседу. И потому она с облегчением вздохнула, когда трапеза подошла к концу и Харви встал из-за стола.

— Прошу прощения, мне надо поработать.

— Да-да, конечно. — Джейн тоже поднялась.

Харви открыл дверь, пропуская гостью вперед, и, когда Джейн проходила мимо него, сказал:

— Минуточку.

Она остановилась и удивленно воззрилась на него. Харви кивком указал на ее левое плечо.

— Вы… у вас… сережка.

Джейн машинально подняла руку и обнаружила, что сережки нет.

— Она запуталась у вас в волосах.

Харви протянул руку, чтобы поправить сережку. Джейн повторила его движение, и оба застыли. Их пальцы переплелись, и Джейн почувствовала тепло руки Харви. Сердце ее бешено застучало.