«Если сами не смиряемся, то Господь нас смиряет» (преп. Амвросий Оптинский, АМ — 27).

«Для того–то и предлежат на пути искушения, многия испытания, скорби, борения и пролития пота, чтобы явными соделались те, которые действительно от всего произволения и всеми силами даже до смерти любили Единого Господа и при такой любви к Нему не имели уже ничего иного для себя вожделенного» (преп. Макарий Великий, Д I — 196).

«Как неразогретый и неумягченный воск не может хорошо отпечатлеть налагаемую на него печать, так и человек, если не будет искушен трудами и немощами, не может вместить печати… божественной красоты» (блаж. Диадох).

«По попущению Божию, чтобы человек достигал наслаждения добром не иначе, как проходя через бурю, огонь и искушение. Ибо говорится: проидохом сквозь огнь и воду и извел ны еси в покой (Пс. LXV, 12) (он же, Д III — 70, 71, 53).

Невольные скорби, несмотря на всю нашу, казалось бы, опытность, мы чаще всего встречаем с полным непониманием их духовного значения. Мы, допустим, совершаем внутри себя какую–то духовную борьбу с помыслами, но на всю остальную жизнь, при ее вторжении в нашу, смотрим как на какую–то арену случайностей. Всякая болезнь, особенно близких, лишение чего–нибудь, неудача в чем–нибудь, или незаслуженная обида, воспринимаются нами как нечто совершенно стихийное, несправедливое и непромыслительное. И замечательно, что это непонимание даже чаще проявляется нами в скорбях мелких, которыми мы окружены ежедневно и которые ежедневно сбивают нас с толку.

«Перенеси терпеливо удары печальных и душераздирательных случайностей, ибо таковыми очистить тебя хочет Божие промышление» (св. авва Фалласий, Д III — 315). «Каждодневно будь готов к подъятию всякой скорби, помышляя, что скорби суть избавления от многих долгов» (преп. Симеон Благоговейный, Д V — 69).

Терпение — учат Отцы — нужно и в большом и в малом, терпением достигается все: и значительное и небольшое.

«Желающий придти в страх Божий, терпением достигает сего… Терпением скорбей спасаем мы души наша, и не иначе делаемся сообщниками Христовых страданий, как терпением скорбей… Долготерпение есть матерь всех благ» (преп. Варсонофий Великий, В — 16, 11).

«Мужайся и да крепится сердце твое(Пс. XXX, 25), — пишет в одном письме преп. Амвросий Оптинский, — …как и чем объяснить то, что возлюбленный наперсник Христов, Иоанн Богослов, обязанный проповедовать Евангелие, вместо того принужден был неподобною женщиною топить городскую баню и нес эту тяготу в продолжение шести лет? Но за такое притеснение апостола Господь сотворил такое чудо, что весь город обратился к христианской вере… Зная и памятуя это, мы да подклоняем выю нашу, когда возлагается на нас тягота скорбных обстоятельств или поношения, или какого стеснения, имея надежду, что впоследствии выйдет что–либо полезное… Дивны дела Господни и неисследимы путие Его. Не напрасно и не вотще взывал св. Давид к Господу: По множеству болезней в сердце моем, утешения Твоя возвеселиша душу мою (Пс. XCIII, 19).. Да веруем и да надеемся мы, что за понесенные скорби силен Господь утешить и нас, каждого в свое время и по усмотрению каждого» (А — 159, 160).

Способность терпения Отцы возносят на величайшую высоту: ставят его рядом со смирением и любовью.

«Есть добродетели больше других добродетелей, как объемлющие и совмещающие в себе очень многие, или даже и все добродетели, каковы — божественная любовь и смирение и божественное терпение. О последнем говорит Господь: В терпении вашем стяжите души ваши (Лк. 21, 19). — Не сказал: в посте вашем, или в бдении вашем. Терпение ж я разумею то, которое бывает по Богу и есть царица добродетелей и основание мужественных доблестей. Оно есть само в себе — мир в бранях, отишие в бурю и непоколебимое утверждение для стяжавших его» (св. Григорий Син., Д V — 213).

Из этого определения терпения видно, что Отцы понимают его не как какую–то пассивную придавленность, а как активную творческую силу, — «основание мужественных доблестей». Терпение есть мужество верной души, несущей в себе любовь Божию. В этой верности любви — его непобедимая сила.

Один брат сказал авве Пимену (Великому): «Вижу, что где бы я ни был, обретаю помощь». Старец сказал: «Тем, которые имеют меч в руках своих, Бог помогает во время всей жизни. Если будем храбры, то Он сотворит с нами милость» (От. 408).

И наоборот: недостаток терпения есть признак недостатка любви.

«Кто не хочет случайностей тяжелых подъять, печальных перенести, болезненных перетерпеть, — тот шествует вне Божией любви и цели Провидения» (св. Максим Исп., Д III — 233).

«Всякая скорбь обличает настроение нашей воли, — направо склоняется она или налево. Случайная скорбь потому и называется искушением, что подвергает испытанию сокровенные расположения подвергшагося оной… Когда найдет искушение, не ищи отчего и для чего оно нашло; но (о том позаботься), чтоб благодарно, бесскорбно и незлопамятно перенести его» (св. Марк–подвижник, Д I — 558).

«Нечаянное какое–нибудь приключение, или напасть, расстраивают обычно мысленное внимание и, исторгши ум из спасительного благонастроения… увлекают его к грешным любопрениям и распрям. Причиною… бывает то, что не имеем никакого попечения об искушениях» (преп. Филофей Син., Д III 461).

«Бог не увеселяется никакою добродетелию столько, как когда кто впадает в какую–либо скорбь и терпеливо переносит ее до конца с благодарением. Равным образом от больного Бог не истязует поста или подвига телесного, — требует от него только терпения, благодарения и умной молитвы, состоящей в том, чтобы иметь ум всегда направленным к Богу. Пост и труды телесные совершаются человеком для обуздания нечистых страстей, а телесная болезнь выше и крепче поста подвига и телесного труда. Поэтому с немощного не спросится поста и труда телесного; он только должен непрестанно благодарить Бога и молить Его, чтоб даровал ему терпение» (От. 474).