Из-за этих дурацких книг она поставила под угрозу жизнь Майкла, их не рожденного еще ребенка и свою собственную.

– Пенелопа всегда говорила, что эти книги прокляты, – медленно проговорила женщина, – но только теперь я понимаю, насколько она была права.

– А я считаю, что мы имеем дело с чем-то или кем-то более ощутимым, чем проклятие, – сказал Монтрейн. И, закрыв обе книги, вновь положил их в сейф. – Я даже не могу обратиться за помощью в министерство иностранных дел – до тех пор, пока не буду уверен в том, что к тебе не применят никакие меры.

– Неужели они и вправду решат, что я предательница? – испуганно прошептала Маргарет.

– Нет, если я смогу что-то сделать, – твердо произнес граф Монтрейн. – Кому еще известно о том, что «Записки» Августина у тебя?

Маргарет стала вспоминать.

– В одном из томов я нашла список людей, – сказала она. – Троим из них я написала.

– Именно такое письмо ты отправила Бэбби? – спросил Хоторн. – Не упоминая никаких подробностей?

Маргарет кивнула.

– Я не хотела, чтобы пострадала моя репутация. – Она печально улыбнулась. – Мне казалось, что, если я укажу в письме адрес Сэмюела, никто не сможет разыскать меня.

– Интересно, приходил ли к нему еще кто-нибудь? – пробормотал Хоторн. – Кто-то, кто убедил его раскрыть твое инкогнито?

– Так же, как это сделал ты? – сухо переспросила Маргарет. – Сомневаюсь. Сэмюел – очень осторожный человек. И если он открылся тебе, то лишь потому, что ты внушил ему доверие.

– Да при чем тут доверие! – воскликнул Монтрейн. – Я же купил у него три рулона ткани!

– Так ты дал ему взятку? – улыбнулась Маргарет.

В ответ Хоторн лишь рассеянно кивнул. Маргарет слишком хорошо знала этот жест. Майкл раздумывал о способах решения проблемы и сейчас пытался выбрать наиболее подходящий из них.

– Для того чтобы вывезти Наполеона с Эльбы, понадобилось усилие множества людей, – сказал он. – Подкупили тюремщиков, прислали корабль. Для того чтобы сделать это, нужны власть и деньги. Возможно, к этому имеет отношение кто-то из твоего списка.

– Что ты будешь делать, Майкл?

– Мне необходим первый том «Записок», – вздохнул граф. – Возможно, именно в нем можно найти ключ, указывающий на имя предателя.

– Но почему ты думаешь, что для этого необходимы все три книги? – продолжала расспросы Маргарет. – Разве одной не достаточно?

– Этот вопрос я не раз задавал себе сам, – промолвил Хоторн. – Но пришел к выводу, что наименее опасно было бы распределить информацию по трем томам. Не сомневаюсь, что их в разное время отправили на имя определенного адресата в Англии. – Граф Монтрейн посмотрел на жену. – А где их взял Джером?

– Понятия не имею, – пожала плечами Маргарет, вспоминая день пожара. – Раньше я их никогда не видела. – Маргарет испуганно посмотрела на Монтрейна, пораженная внезапно пришедшей ей в голову мыслью. – Ты полагаешь, Джером мог иметь к этому какое-то отношение?

Хоторн хмыкнул.

– Сейчас я даже не знаю, кого можно подозревать, – сказал он.

– Мы ведь оба в опасности, не так ли? – спросила Маргарет, обмирая от страха за мужа. Ответ был написан на его лице: она явно не ошибалась в своих предположениях. – Будь осторожен, Майкл, – попросила она.

Хоторн крепко обнял ее, и некоторое время они стояли молча, прижавшись друг к другу, чувствуя некоторое утешение от близости родного человека.

– До утра я не смогу встретиться с Бэбби, – проговорил Майкл, касаясь губами волос жены. – Но со мной все будет в порядке. А Смайтона я попрошу приглядеть за тобой. —

Хоторн явно старался сгладить напряжение.

– Смайтон будет только недовольно дуться на меня.

Маргарет еще крепче обняла мужа, а потом заставила себя улыбнуться. Это было необходимо ей – для того чтобы успокоить Майкла и забыть о пугающем ее ледяном привкусе страха.

Майкл застал Бэбби дома. К счастью, тот не развлекался и не потчевал кого-то из близких друзей очередной порцией светских сплетен.

Проще всего было бы попросить у Бэбби первый том «Записок», сославшись на какой-нибудь благовидный предлог, который не вызвал бы у него закономерного любопытства. Хоторну не хотелось, чтобы граф Бэбидж принялся судачить о книгах с кем-то из своих светских друзей.

– Да я бы с радостью дал тебе эту книгу, Монтрейн, но, увы, у меня ее уже нет, – заявил смущенно Бэбби.