Перевернулся на бок, сполз с кровати. Мышцы ломило не по детски, голова не поворачивалась на шее, сидела как сорока на гнезде. И во рту какая-то гадость, такое ощущение, что с вечера пил как трубопровод.

Доковылял до ванной, встал под душ, да ещё и не с первого раза попал по кранам включения воды. Руки тряслись. Вода, прохладная, горячая, прохладная, горячая, холодная, горячая...

Вылез, заварил себе чаю, нарезал бутерброды с маслом, кинул в печку. Может, тосты получатся? Будет у меня английский завтрак.

Хмарь немного отступила, теперь можно и подумать.

Ну и что теперь делать-то? Одним сном дело точно не кончиться.

Да и сон ли это?

Во сне мы с Иштваном, распорядителем королевских церемоний, погуляли по замку, по замковому парку и даже прошли мимо казарм королевской гвардии.

Что сказать? Все красиво и средневеково. В держателях, стилизованных под вцепившихся в стены когтями грифонов, пылают факелы. Коридоры длинные, много дверей, из-под драпировок (наверное, это так называются полотенца на стенах, призванные скрыть грубую и крупную каменную кладку) выглядывают подсвечники и доспехи. Встречные жмутся к стенам, раскланиваются. Кому-то Иштван даже кивал в ответ, я не смотрел кому, глядел прямо. В основном, лакеи перемещаются, узбеки изредка стоят и открывают двери перед теми, кто хочет пройти.

Несколько больших залов, узбеки под присмотром пары лакеев драят пол цветастыми тряпками. Полы в мыльной пене, узбеки тоже все в мыле, мокрые. Служанки в длинных зеленых платьях и смешных чепчиках трут драпировки, протирают столы и доспехи.

Парочка обитателей рангом повыше. Двое, один потолще и пониже, второй потолще и повыше. В камзолах, коротких плащах-халатах до середины задницы, в серо-пятнистых лосинах же. На голове шляпы-треуголки с загнутыми вверх полями и желтым, маслянисто блестящим пером. На боку не очень большой меч в ножнах, гарда простая, нет никаких завитушек или защит, просто перевитая проволокой рукоять. Скорее как нож, правда, очень большой. А вот перевязь богатая, с вышитыми на ней золотом буквами, которых я не разобрал.

За ними тенью два лакея, одеты почти так же, но без украшательств, на лосинах видны следы починки, штопки. Морды важные, как будто несут секрет родины на продажу, а вся ноша-то по кофру за спинами. Из кофров высовываются запечатанные сургучом горлышка бутылок и тянутся съедобные запахи.

Встреченные поклонились, посторонились к стене. Я кивнул им в ответ, не сильно вглядываясь, прошел мимо. За моей спиной Иштван что-то сказал вполголоса.

На улице лето, очень красиво и тепло.

Ворота выводят прямо в сад, вдаль идет дорожка, по сторонам которой росли массивные, толщиной в пару обхватов, дубы. Ветки раскинулись надо моей головой метрах в пяти, бугристые стволы тщательно обихожены. Лишние побеги срезаны, места срезов замазаны, низ стволов окрашен белым и обнесен филигранным заборчиком.

Птички поют, стрекочут какие-то мелкие твари. Трава, высокая и зеленая.

Иштван отрекомендовал мне то место как личный сад, посаженный моим благородным прадедом. Королевский сад, сюда другим вход запрещен. Только если по чуть-чуть, по личному королевскому разрешению... Считается как большая честь.

Прошлись по саду, по уложенным белыми булыжниками дорожкам, по нарочито грубым деревянным мосткам, перекинутым через забранные в каменные русла ручейки. Озеро даже было, и куча уютных беседок в саду.

В парке нам встретилось несколько придворных. Кавалеры уже в знакомом мне наряде, с некоторыми вариациями, дамы в длинных платьях и с покрытыми вуалями головами.

Кавалеры кланялись, дамы приседали, смешно склоняя головы.

Казарм почти не увидел, они располагались за высоким прямым забором. Ворота, ведущие туда, были открыты, но занавешены флагами. Даже караула не видно, есть ли, нет ли.

В середине прогулки я ощутил слабость, поспешил обратно в кровать, где и заснул, так и не раздевшись.

Проснулся уже дома.

Ну, и что мне делать-то остаётся?

Обратился за развернутыми комментариями к специалисту. Типа, скажи мне, специалист, бывают ли у сумасшедших красивые и цветные сны, где все как наяву?

– У сумасшедших снов не бывает.
– Выслушав меня, авторитетно заявил Костик.
– Что ни пишут, все чушь. Не сниться им ничего. Я три года в дурном доме санитаром проработал. У них, Серег, и так в своем мире жизнь живут. Им не до снов, у них сны быстро в реальность воплощаются. Впрочем, если хочешь по-настоящему профессиональную консультацию...

– Час от часу не легче.
– Тихонько проворчал я.
– Да Костик... Слушай, я так - умозрительно! А профессионалы серьезно это не воспримут?

– О, рад что ты меня понял!
– Широко улыбнулся мне Костик.
– Психологи и психиатры воспринимают человека с чувством юмора как профессиональный вызов.

– Психиаторы? Кость, слушай... Всегда хотел узнать, чем психологи отличаются от психиаторов?

– Психиатры будет правильнее.
– Поправил меня Костик.
– Видишь ли, врач-психолог занимается мелкими отклонениями, а психиатр лечит уже больных людей. Это если просто объяснять.