— Одним из Одиноких? — переспросил Гарри.

— Оборотней, — сказал Лупин, — мы так себя называем.

— По-моему больше подходит Злобные Язвительные Волосатики, правда? — сказал Драко, ухмыльнувшись.

— Заткнись, Малфой, — раздраженно сказал Гарри.

Но Лупин, на удивление, улыбаясь, смотрел на Драко:

— Ты так напоминаешь мне Сириуса в молодости, — сказал он, — Действительно, ты сильно на него похож.

— Так он был таким же очаровательным и красивым? — спросил Драко.

— Сириус говорил мне, что когда он учился в школе, то был жутко противным, — сказал Гарри.

— Он был все вышесказанное, — сказал Лупин, продолжая улыбаться. Гарри отметил, что было приятно видеть Лупина довольным. Это отразилось на всем его лице и заставило его зеленые глаза блестеть.

— Итак, Драко…

— Хорошо, — сказал он, вставая, и подходя к своему ящику. Драко вытащил меч и в течение несколько секунд держал, разглядывая. Это была прекрасная вещь, солнечные лучи, скользя по лезвию, делали его похожим на воду, а зеленые изумруды блестели в стальной рукоятке.

— Вот, — сказал Драко, подойдя к Лупину и протягивая ему меч.

Лупин взял его и перевернул, аккуратно проведя рукой по лезвию.

— Это очень мощный магический артефакт, — вымолвил он.

Драко выглядел довольным.

— Ты не будешь возражать, если я проведу кое-какой опыт? — спросил Лупин, перевернув меч и пристально рассматривая его.

Драко кивнул:

— Сколько угодно, только не сломайте.

Лупин поднял лезвие вверх, обхватив его своими тонкими, гибкими пальцами и сказал:

«Индицио!»

Гарри и Драко подались вперед, уставившись на клинок и на письмена, которые появились на нем, словно вырезанные в металле. Они почернели от вечности. Descentus averno facilis est.

— Что это значит? — спросил Драко удивленно.

Лупин выглядел так, словно тоже не до конца понял надпись.

— Это латынь, — сказал он, — Здесь написано: Легок Путь в Ад.

— Весело, — произнес Гарри.

— А вы уверены, что это не значит «приятного дня», — спросил Драко с надеждой. — Или «этот меч стоит много денег»?

— Или «я принадлежу изрядному гаду», — предположил Гарри.

— Нет, — ответил Лупин, — Это значит то, что я сказал.

И Гарри и Драко выглядели обеспокоено.

— Я не знаю о чем это, — сказал Драко. — Но это звучит плохо.

— Салазар Слитерин был далеко не лучшим человеком, — сказал Лупин. — С твоего разрешения, Драко, я возьму этот меч к себе в кабинет и рассмотрю его более тщательно.

— Пожалуйста, — сказал Драко, который сейчас смотрел на меч с подозрением. — Но не бегайте с ним по коридору, — добавил он, когда Лупин уже повернулся к выходу. — Эта штука очень острая.

Когда Джинни и Гермиона добрались до «Дырявого котла», оставалось совсем немного времени до чаепития с Крумом. Они обещали Рону, что встретят его в «Завитках и Кляксах» в 3 часа, сейчас было уже 2, и Джинни периодически бросала оценивающий взгляд на Гермиону, которая выглядела очень нарядно и красиво в короткой красненькой курточке и с волосами, забранными наверх в тугой пучок красными шпильками. Было видно, что она нервничает. Джинни подумала, что она бы тоже нервничала, если бы собиралась на встречу с кем-то, кого не видела уже 2 года, с кем она встречалась, кто ее любил и возможно продолжал любить. Конечно, как думала Джинни, никто не влюбится в нее. Ни Гарри. Которого она все еще любила, ни кто-либо еще…

— Мы на месте, — сказала Гермиона, остановившись перед Дырявым Котлом. — Слушай. Может зайдешь со мной? — добавила она, с надеждой взглянув на Джинни.

— Конечно, — сказала Джин и начала подниматься вместе с ней по ступенькам. Они попали в темный зал Дырявого Котла, который был почти пуст. Джинни оглядывалась вокруг, ее глаза медленно привыкали к полумраку, она различила неясные очертания огромной тени.

— Гер-ми-оу-нина, — сказал загробный голос.

Гермиона схватила руку Джинни и нервно ее сжала.

— Виктор, — произнесла она с трудом, — Рада тебя видеть.

Прошедшие 3 года не изменили темную, угрюмую внешность Виктора Крума. Он возвышался над Гермионой и Джинни, смотря на них вниз из-под косматых черных бровей.

— Гер-ми-оу-нина, — снова сказал он. — Я хочу поговорить с тобой. Он многозначительно взглянул на Джинни. — Наедине.

Джинни посмотрела на Гермиону, которая ответила ей удивленным взглядом.

— Я не собираюсь уходить и оставлять Гермиону одну, — сказала Джинни негодующе, — Она не сможет вернуться сама!