Я уже знал, о чем буду говорить с королем Йокандиром. Ахтенг и Лакиньор прибыли утром.

— Я не понимаю, как вам это удалось, — сказал Ахтненг.

Он провел бессонную ночь и выглядел помятым. У него было несколько часов, чтобы отдохнуть и привести себя в порядок.

— Как отреагировали ваши охранники на ваш отъезд? — полюбопытствовал я.

— Плохо. Один долго ругался самыми неприличными словами, которые мне доводилось слышать. Я ничего не понимаю — кто правит сейчас в этой стране!

— Кто угодно, только не король.

Лакиньора, невзирая на его бурные протесты, я с собой на аудиенцию брать не стал, а вот Ахтенг был мне полезен — он знал, как вести переговоры. Опытный придворный оказался знатоком всех дворцовых церемоний.

Но особой необходимости в церемониях не было. Нас приняли в небольшом, но красивом зале. Рядом с королем сидел все тот же пожилой человек. Он опять что-то писал. После всех взаимных приветствий я перешел к делу.

Суть разговора сводилась к следующему.

— Анатолия хочет выступить союзником Гартулы в целях сдерживания амбиций Ларотума, но при условии, что короля не будут окружать люди подобные Динбоку, и прекратится война кланов.

— Это практически невозможно, — криво улыбнулся король. — Я и сам бы хотел этого.

— Есть способ вам помочь.

— Какой?

— Анатолия может предоставить вам свои корабли.

— Но зачем ей это?

— Я могу быть с вами откровенным, ваше величество?

— Вполне.

Я взглянул на старого элла.

— Вы можете говорить, — сказал король, поймав мой взгляд.

Я вкратце рассказал ему об ордене бионитов и их вмешательстве в политику других стран. Йокандир был удивлен, и сказал, что прежде ему не доводилось слышать о таком ордене.

— Я не думаю, что на территории Гартулы есть его эмиссары.

— Вы просто можете не знать об этом. Они ведут тайную игру.

— Так вы хотите разобраться с этим орденом?

— Он ответственен за гибель короля Яперта. Я дал слово королеве и наследнику, что накажу убийц.

— Любой ценой?

— Насколько это возможно.

— Но втягивать Гартулу в войну…

— Гартула и не знала еще мира. Как раз мое предложение сводится к тому, чтобы мир раз и навсегда наступил.

— Хорошо, я подумаю над вашим предложением. Сейчас я не готов к столь решительным действиям и пока мои мысли заняты более приятными приготовлениями. Я собираюсь жениться.

— Мы вас поздравляем с этим замечательным событием, ваше величество.

— Через шесть дней во дворце состоится прием, я вас приглашаю. Я хочу познакомить вас с моей невестой.

Мы покинули дворец в хорошем расположении духа. Нам удалось поговорить с королем, и он был настроен благожелательно и готов рассмотреть наше предложение.

Я знал, что жрецы Дарбо использовали магию и во многих местах ставили свои энергетические ловушки.

Они занимались этим и в Ларотуме. Я вспомнил рассказ Влару, о том, что, когда он, придя за своим отцом в храм, ощутил упадок сил. Ловушки черным магам помогал делать камень силы. Тот, что был и у белых магов. Они каким-то образом настраивали энергетику нужных им мест и вытягивали ее оттуда.

В Гартуле было построено несколько больших храмов, куда силой и хитростью заманивали местное население.

В Намерии мне точно был известен один. Я решил пойти туда со своим камнем, чувствуя в себе достаточно силы, чтобы справиться с магами.

Это был просторный и очень красивый храм, круглой формы, с широким входом, украшенным золочеными воротами. В центре большого зала возвышалась статуя Дарбо, ее окружали люди, которые неистово молились, обратив к ней взгляды. Рядом стоял жрец в типичном одеянии, его голову венчал высокий головной убор, украшенный драгоценными камнями и золотым шитьем.

Я не мог понять каким образом настроен этот храм — я не чувствовал присутствие камня силы, подобного тому, что был у Валенсия. Видимо, тут действовал какой-то иной артефакт. Я внимательно разглядывал статую и стены храма, и тут заметил в подножии храма Дарбо ххх — он был вделан в мрамор. Видимо, это означало, что Дарбо попирает ногами все "ложные культы".

Кажется, я понял, как жрецам удавалось заставить верующих поклоняться новому богу. Они извлекали реликвии старых культов и приносили их в храмы Дарбо, а там уже кто-то, обладающий магическим даром, настраивал артефакт, любимый народом на нового бога. Но мои наблюдения не остались незамеченными.