А разговор предстоял непростой. Мужчин нет, сказала Вера. Женщинам не от кого рожать. Деревня стремительно движется к вымиранию, исчезновению. Как высоко амазонки ни строили бы свои дома на линиях ЛЭП, фон все равно убивает. Мало кто живет дольше сорока — мрут от рака, да еще и детей не родится. На Ленечку какая надежда, это так, недоразумение. Пробовали уже, думали сначала, пусть такой, со странностями, но физиологическое строение какое нужно! Ничего хорошего не получилось…

Ленечка в это время понуро сидел в углу, не смея вставить слово. Вера то и дело бросала на него презрительные взгляды.

— Мне неизвестны детали вашего плана, продолжала она, да и неинтересны, говоря откровенно. Так получилось, что я возглавляю это поселение. Для меня это в большей мере наказание, нежели радость или честь. Мои муж и сын ушли отсюда последними на поиски одной из экспедиций и обещали вернуться через три дня, вне зависимости от того, найдут они кого-то или нет. Завтра будет ровно пять лет, как деревня осталась без мужчин, а я — без двоих самых близких мне людей. В деревне достаточно много девушек и женщин того возраста, в котором… давно пора. Они должны беременеть и рожать, по возможности, не только девочек… Какое там — в первую очередь пацанов! В свете всего вышесказанного… Вынуждена задержать пленников на несколько месяцев… Возможно, до осени… Пока не будет понятно, что какое-то количество женщин беременны и процесс, как говорил один русский политик очень давно, пошел.

Мужчины сидели онемев. Вера, между тем, продолжала. На работах, выполняемых жителями деревни, вас будут задействовать по минимуму. В основном — то, ради чего вас оставили. Хорошее питание, отдых.

— А то гости у нас случаются, да все неподходящие, — мотнула головой Вера. — Будто повывелись мужики!

— Какие гости? — поинтересовался Макс.

— Всякие. К делу это не относится. Ну, что скажете?

— Я болен, — с трудом разлепив непослушные губы, хрипло пролепетал Сергей.

— Начинаются отмазки… — устало сказала Вера.

— Хотите плодить уродов? — упрямо сказал Сергей. — Извольте. Мне остался месяц, может быть, меньше. У меня сын… Его тоже к делу пристроите?

— Здесь нет извергов и извращенцев, — отрезала Вера и бросила яростный взгляд в сторону Ленечки, который немедленно вспыхнул как маков цвет и еще ниже опустил голову. — Подумайте, — сказала Вера уже мягче. — Идите к себе, отдохните и подумайте хорошенько. А если вы считаете, что мне доставляет удовольствие делать вам подобное предложение…

— О чем думать? — сказал Макс зло. — Линять надо отсюда. Нет, я, конечно, готов им одноразово помочь… Я тут помог уже одной… Но чтобы как на работу?! Производителей хотят из нас сделать, доноров… Добро это, Ангин? — Тот помотал головой и потер шею. — Вот и я говорю. Уйдем ночью.

— Нас стерегут, Макс, — сказал Сергей, — и уверяю тебя: будут стеречь.

— Перебьем охрану. Для нас с Ангином это как тьфу. Хребет об колено — и пошла на полную! Метро все спишет. Но вот это… Я не согласен.

— Думаешь ориентацию поменять? — хмыкнул Сергей.

— Да пошел ты!..

— Потише, Дениса разбудишь.

— Мне не нравится постановка вопроса! Живите, мол, жрите от пуза, храпите на боку по полдня, но не забывайте, для чего вы здесь… — он сделал красноречивое движение — будто резко натянул невидимые вожжи. — Не по мне. Не такой я человек. Я монстр, Серега, ты знаешь. Убийца. А не бык-производитель. Я тут до осени не выдержу…

— Скажи ей, — предложил Сергей. — Уверен: работу она для тебя найдет. Будешь рвать удильщиков голыми руками, деревья валить, ведра со снегом поднимать на лебедках… А ночью — это, — он повторил Максов жест. — И не загнешься.

— А ты?

— Я не стану. Во-первых, Веру подведу — большой вопрос, какое потомство может от меня получиться…

— Денис-то нормальный…

— Почти нормальный. И родился он в период кратковременной ремиссии, я тебе рассказывал… Во-вторых, я должен успеть в метро, пока мне не стало совсем худо. Есть надежда, что Возницын поможет. В самом деле, почему бы ему отказать? Словом, я не останусь.

— Но вдвоем вы не дойдете! — громким шепотом закричал Макс. — Больной мужчина и ребенок… Даже если путь проляжет по ровному гладкому шоссе… Вам нужен человек!

— Почему-то никто не спрашивает меня, — раздался сиплый голос.

Сергей и Макс даже не сразу сообразили, кто это сказал. Ангин!

— Ангин, ты говорящий? — поразился Макс. — А в зоомагазине, где я тебя брал, продавщица уверяла, что тебя в детстве не научили…

— Не смешно. Мужики, вы же понимаете, что просто так нас всех отсюда не выпустят. Даже если мы зависнем на неделю и…

— Без подробностей, мои чуткие уши от них вянут. — Макс сегодня был в ударе, не иначе, пережил стресс после предложения Веры.

— Недели им мало, — сипел Ангин. — И двух мало. Так что я предлагаю… — И он перешел на совсем тихий шепот, будто кто-то мог их здесь подслушать.

— Складно излагает, чертяка! — сказал Макс, когда Ангин закончил. — Это лучшая твоя речь, парень, ты мог бы выступать с ней в Сенате Североамериканских Соединенных штатов… Если б такая страна существовала. Но даже при условии твоей великой жертвы… Не уверен, что Вера согласится. Но если… Старайся не поворачиваться к Ленечке спиной, а тем более не наклоняйся, если он сзади.