Бегство далеко не всегда бывает постыдным, но никогда не обходится без потерь. Вопреки ожиданиям Аламеза один из стрелков все же успел выхватить из-за спины лук и пустить ему вдогонку стрелу. Стреляли наемники метко. Едва Дарк добежал до деревьев, как почувствовал острую резь чуть пониже плечевого сустава левой руки. К счастью, вражескому стрелку не хватило времени, чтобы точно прицелиться. Если бы наконечник вонзился немного правее, то рука моррона на какое-то время повисла бы плетью и потеряла бы способность действовать, что было бы весьма плачевно, учитывая обстоятельства. Так же выпущенный с прицелом в спину снаряд причинил лишь минимальный вред: сорвал кожу да вырвал из мышцы небольшой кусок плоти. Такое ранение счел бы легкой царапиной не только воин Одиннадцатого Легиона, но и обычный человек.

Что-то гневно проскрежетав зубами в адрес меткого обидчика, лишившего его крошечного кусочка тела, Аламез продолжил бег и уже через миг оказался у кромки оврага, который он приметил, еще лежа у костра, и в котором собирался на время затаиться. Зрение не подвело Дарка, да и чутье не обмануло. Довольно глубокая яма среди деревьев могла стать хорошим укрытием. Если бы он спрятался под выступающими из земли кореньями старой сосны да и накрылся бы сверху ветками, которых было вокруг полным-полно, то прочесывающие лес наемники вряд ли обнаружили бы его убежище. Он бы смог некоторое время отсидеться, дождаться, пока цепь врагов пройдет мимо, а затем, оказавшись за их спинами, продолжил бы бегство в глубь леса. Аламез не сомневался, что, не найдя его, наемники приступили бы к повторному, более тщательному осмотру чащи, но к тому времени он бы уже был вне кольца окружения и, возможно, смог бы убежать довольно далеко.

К сожалению, хорошую задумку испортило одно небольшое обстоятельство, непредвиденное, но вполне естественное. Дно оврага буквально кишело змеями, причем, судя по яркому желто-зелено-белому окрасу их блестящих шкурок, весьма ядовитыми. Проверять, насколько смертоносны укусы ползучих гадов и какое воздействие их отрава оказывает на моррона, Аламез не стал, поскольку посчитал встречу в лесу с целым отрядом солдат куда менее рискованным предприятием. Ловко перепрыгнув через овраг, Дарк тут же пригнулся и на полусогнутых продолжил движение быстрыми перебежками от дерева к дереву. Игра в прятки продлилась недолго, вскоре моррон заметил продвигавшихся плотной цепью наемников-северян, да и те приметили низко пригнувшуюся, пытавшуюся скрыться за стволом фигуру обнаженного беглеца.

Сначала раздался крик увидевшего Дарка наемника, затем протрубил походный рожок, оповестивший моррона о бессмысленности дальнейшей маскировки. Прямая линия медленно продвигавшегося по лесу отряда мгновенно преобразовалась в полукруг бегущих к Аламезу врагов. Отступать было некуда, поскольку прибывший на корабле отряд уже зашел в лес. Из этой ситуации имелось лишь два выхода: либо сдаться, либо карабкаться по гладкому стволу корабельной сосны в надежде, что руки окажутся достаточно крепкими, чтобы не сорваться, а среди спешивших к нему со всех сторон наемников найдется немного умелых метателей топоров да стрелков.

Конечно же, Аламез предпочел второй вариант действий, тем более что пребывание в плену ему ничего хорошего не сулило. Шеварийские вампиры наверняка придумали бы для плененного легионера куда более изощренную пытку, чем медленное поедание его бессмертной плоти корнями диковинных деревьев.

Выпрямившись в полный рост, Дарк тут же подпрыгнул и ухватился ладонями за обломок ветки, торчащий из ствола примерно в метре над его головой. С непривычки подтянуться оказалось не так уж и просто, однако когда тебя окружают две-три дюжины хорошо вооруженных недоброжелателей, а над ухом начинают свистеть стрелы да летать топоры, то тело быстро вспоминает былые навыки…

Всего за долю секунды крепко обхвативший ствол руками и ногами, готовый даже впиться в твердь коры зубами, беглец поднялся на высоту, докуда уже не долетали метательные снаряды, а стрелы теряли убойную силу. К счастью, ни в том, ни в другом отряде преследователей не нашлось ни одного арбалетчика, а то наглецу не поздоровилось бы. Мерно раскачиваясь на ставшей ближе к верхушке заметно тоньше сосне, Дарк с чувством неподдельного восторга и злорадства наблюдал, как стрелы долетали до него и, едва оцарапав кору или кожу, устремлялись вниз, прямо на головы быстро отскакивающих в стороны преследователей. Естественно, разозленные наемники были щедры и на ругательства, и на обещания лютой расправы. Аламез вел себя благородно, как и подобало истинному герканскому рыцарю. На брань он не злился и отвечал лишь колкими остротами ( к сожалению, на герканском языке, поэтому чужеземцы далеко не все поняли). Когда же снизу доносились угрозы изощренных пыток ( такое поведение не считалось достойным среди воителей во все времена), моррону приходилось карать плевками низких мерзавцев, отчего те еще больше выходили из себя.

Положение, в которое угодил Аламез, стало плавно переходить из разряда «незавидных» в смешные и забавные, но, к сожалению, так и не перешло. Кто-то из обступивших дерево наемников наконец-то додумался пустить в ход топор, и уже в следующий миг тело Дарка ощутило предсмертную дрожь ствола, ритмично сотрясающегося под мощными ударами. На миг моррон даже испугался как падения с большой высоты, так и последующей кары, однако разум быстро взял верх над порожденными страхом эмоциями. Он ведь находился в лесу, притом довольно густом, а не сидел на вершине отдельно стоявшего дерева, а значит, в любое мгновение мог перепрыгнуть на соседнее. Риск сорваться был обоснованным и не таким уж и большим, однако и его Дарк решил избежать, для чего и позволил браконьерам-лесорубам умертвить полноценное и еще совсем не старое деревцо.

Как только снизу раздался жалобный треск, а ствол начал заваливать вбок, Аламез резко оттолкнулся от него всеми конечностями и совершил прыжок на крону соседнего, более низкого дерева. Конечно же, туда, где он хотел зацепиться руками, моррон не попал. Неумолимая сила притяжения внесла коррективы в плохо просчитанную траекторию его то ли прыжка, то ли полета, однако это было и к лучшему… В то самое место, где Дарк планировал оказаться, как раз ударил поваленный ствол. Очутись он там, то умер бы в очередной раз, причем довольно болезненной смертью.