— Проклятье!

Но у Идо не было времени на размышления: перед ним сверкнул нож, летевший ему в лицо. Гном ударил нападавшего врага локтем, уперся ногами в землю так, что ступни глубоко погрузились в черную почву, и, имея эту опору, опрокинул врага. Освободившись, Идо сразу же попытался броситься в погоню за вторым врагом, но первый противник снова оказался перед ним с кинжалом в руке.

Идо скрипнул зубами и вынул из ножен меч.

— Убирайся отсюда, ты мне не нужен.

Враг криво улыбнулся и попытался схватить его за горло. Идо отклонился в сторону и нанес рубящий удар, от которого противник увернулся достаточно ловко, целясь Идо в плечи.

Гном еще раз повернулся, пытаясь его ударить, но враг подпрыгнул — и в темноте блеснула яркая вспышка света. Идо пригнулся — и лезвие кинжала снова мелькнуло перед самым его лицом.

Враг был храбрым и умелым. И прежде всего — проворным. Идо привык в бою работать только запястьем и двигаться мало. Плавные непредсказуемые движения этого человека сбивали Идо с толку.

Казалось, что с самого начала ничто не изменилось: они по-прежнему стояли лицом один к другому, противник в наклонной позе, с кинжалом в руке, а Идо — с мечом. Гном бросил взгляд на перевязь с метательными ножами. Их осталось еще четыре, он должен был помешать врагу применить их. На этот раз он первым отважился пойти в бой — нанес рубящий удар сверху вниз. Противник отклонился в сторону и снова поднес руки к груди, но Идо быстро изменил траекторию удара. Перевязь с ножами упала на землю, и убийца выругался сквозь зубы.

Потом он вынул свободной рукой второй кинжал и стал наступать с невероятной быстротой, нанося удары обеими руками поочередно. Но гном не дал ему застать себя врасплох. Удовольствие, которое он испытывал от боя, стало острым и мощным наслаждением, каждая жилка его тела дрожала от возбуждения.

Его чувства обострились, время стало бесконечным. Идо мог сделать все, что хотел. Он чувствовал, что противник у него в руках.

Наконец враг сделал грубейшую ошибку — нанес удар сбоку, со стороны слепого глаза. Идо опустил меч и ранил врага в ладонь.

Тот закричал от боли, а гном воспользовался тем, что внимание противника ослабло, сбил его с ног и приставил меч к его горлу. Идо заметил, что враг молод, еще моложе, чем Тарик. Может быть, он и убил Тарика… Идо переполнила ненависть.

«Держи себя в руках, старый дурак», — приказал он себе и крикнул врагу:

— По какой дороге вы собирались ехать?

Тот упрямо молчал. Гном понял, что перед ним фанатик, а он хорошо знал, что сила идеи превращает даже самого трусливого из людей в героя.

— Я знаю о вас все, — угрожающе произнес он.

— Идо… — пробормотал враг и улыбнулся в зловещем свете ущербной луны.

— Да, именно Идо…

— Другой — не такой, как я, — слабым голосом произнес убийца. — Если ты и догонишь его, ни за что не победишь.

— Посмотрим.

Сказав это, Идо вонзил меч в грудь врага и надавил на рукоять всем весом своего тела.

Сейчас ему никого не было бы жаль.

«Никогда не доверяй тому, что идет тебе навстречу. Никогда не ослабляй свою защиту. В любом случае настанет день, когда ты ошибешься, этого нельзя избежать».

Дубэ пересказывала Лонерину наставления своего Учителя, но молодой маг продолжал гневаться из-за того, что дал себя обмануть, как новичок.

Он продолжал сидеть на краю озера и делал вид, будто смотрит на что-то, что находится впереди; щеки у него были красными от стыда.

А Дубэ была встревожена. Воздух вокруг как-то странно дрожал. Она почувствовала, как зверь зашевелился в ней, и ее охватило предчувствие беды.