– У меня молодые руки.

– На них тонкая кожа.

– Это наследственное!

– Я таки уже все сказала, решать вам. Только прошу: дарите Польди хоть немного тепла, он очень чуткий.

– Вы и в качестве своей невестки готовы меня увидеть? – с сарказмом спросила Розалия.

Цицилия Лазаровна сказала что-то на иврите. Судя по тону, это «что-то» было отнюдь не в пользу свекрови.

– Не надо забегать вперед, зачем вам Польди в качестве мужа, он и так потакает всем вашим прихотям.

В спальню несмело постучались, затем дверь открылась, и показалась голова Леопольда Самуиловича:

– Секретничаете? А мы уже вас заждались.

– Иди, Польди, мы скоро придем.

Когда Леопольд исчез, Цицилия Лазаровна резко притянула к себе Розалию, поцеловала ее в щеку и прохрипела:

– Береги моего сына.

В десять часов гости откланялись. Розалия Станиславовна пребывала в растерянных чувствах: с одной стороны, ей дали зеленый свет, с другой – унизили.

– Она разрешила Лео встречаться со мной только потому, что я старше его пассии! А если бы Леопольд никого не встретил, Цицилия на пушечный выстрел не разрешила бы сыну подойти ко мне. Это унизительно!

– Вовсе нет, – возразила Ката. – Есть еще один вариант: вы с Леопольдом Самуиловичем можете быть просто друзьями.

– Просто друзьями! – передразнила Розалия. – Еще предложи мне стать его доброй феей и переписываться с Леопольдом по аське. Постыдись! Перспектива быть для Лео просто другом меня не устраивает. Друзьям не дарят дорогие подарки, а я в них нуждаюсь!

– Зачем из мухи слона раздувать? – проворчала Наташка, убирая со стола. – Посидели мы славно, по-семейному, даже Лизка больше из комнаты не высовывалась.

– Кстати, где она? Уже несколько часов в квартире как-то подозрительно тихо… Лизун? Лизка, отзовись!

Насупившаяся Лизавета сидела возле окна и всем своим видом показывала, что в настоящий момент она не расположена к длительным беседам.

– Лизун, гости уехали, пойдем, чайку попьем.

– Сами пейте свой чай, мне от вас ничего не надо!

– Что с тобой? – Розалия села рядом и попыталась обнять Волкову за плечи.

Лиза вывернулась:

– Вы выставили меня идиоткой, сказали, что я больная!

– Ты сама виновата, кто тебя просил так коверкать свою речь? Давеча, нонче, бяда… Откуда только ты слов таких набралась?

– Вы же и просили! Вы же сказали, что не хотите слышать ни одного новомодного словечка, вот я и вошла в роль.

– Роль не удалась. Ты сильно переигрывала, а под конец лоханулась по полной программе.

– Ну и пусть, главное, что вы со своим котом не поругались.

Розалия выдержала паузу и заявила:

– Цицилия дала добро на наши встречи.

– Поздравляю, – буркнула Волкова.

– Ты не рада за меня?

– Честно? Я не пойму, зачем вам такой мужик нужен, который за материнскую юбку держится? Ну, богатый он, а характер-то – фиговый. Так под каблуком у мамаши и проживет. Нашли бы себе крутого бизнесмена и зажигали бы в свое удовольствие. Вы еще ничего, на вас смотреть можно.

– Спасибо, детка. – Розалия решила принять слова Лизки за комплимент. – Только богатые бизнесмены на дорогах не валяются, а Леопольд – рядом, и его ко мне влечет.

– Тогда я за вас рада.

Некоторое время они сидели в тишине. Розалия задумчиво гладила обивку кресла, Лизка смотрела в окно. Внезапно свекровь спросила:

– Скажи честно, я старая?

Явно не ожидавшая ничего подобного, Лизка слегка растерялась. Уж от кого-кого, а от Станиславовны услышать столь странный вопрос она никак не ожидала.

– Почему ты молчишь? Ответь правду, я не обижусь.

– Вы не старая, Розалия Станиславовна. Я не знаю, сколько вам лет и почему мои мамка с отцом называют вас Мафусаилом в юбке, но выглядите вы отпадно. Вы красивая! Я бы хотела, чтобы у меня была такая модная… Э-э… Тетя! Внешне вы похожи на Джоан Коллинз, а она мне нравится.

– Спасибо за правду, детка. Предоплату можешь оставить себе.

– Розалия Станиславовна, научите меня краситься.

– Рано.