Молодой, очень высокий голос с американским акцентом доносится откуда-то из сада: «Скажите, может кто-нибудь проследить за этими чемоданами?» Мистер Хастингс выходит в сад. Он возвращается с Моррисом Карлеоном, очень молодым человеком, почти мальчиком, но с манерами и в одежде взрослого. Он смугл, невысок ростом и активен; его американизм служит только прикрытием ирландского происхождения.

Моррис(с юмором, просовывая голову в окно). Похоже, здесь обитает Герцог?

Доктор(который стоит ближе всех к окну, с превеликой важностью). Да, единственный и неповторимый.

Моррис. Именно он мне и нужен. Я его племянник.

Герцог, который предавался размышлениям в задней части сцены, вполглаза следя за происходящим, оборачивается на звук голоса и приветствует Морриса рукопожатием.

Герцог. Счастлив видеть тебя здесь, мой мальчик. Я слышал, что ты провел время с пользой для себя.

Моррис(смеясь). С пользой, с большой пользой; и с еще большей пользой для Пола Т. Вандама, полагаю. Вы знаете, я управляю шахтами старика в Аризоне.

Герцог(солидно кивает головой). Ах, какой успешный человек! И какие успешные методы, скажу я вам. Полагаю, он неплохо распорядился деньгами. И мы не вернемся во времена испанской инквизиции.

Молчание, трое мужчин смотрят друг на друга.

Моррис (резко). А как поживает Патриция?

Герцог(с некоторым смущением). О, у нее все в порядке, по-моему. Она… (Он слегка колеблется).

Моррис(улыбаясь). Ну и где же Патриция?

Неловкая пауза. Потом Доктор отвечает.

Доктор. Мисс Карлеон прогуливается в саду, по-моему.

Моррис подходит к садовым дверям и выглядывает наружу.

Моррис. Слишком холодная ночь для прогулок. Моя сестра всегда выбирает такие сырые и холодные вечера, чтобы подышать воздухом?

Доктор(после паузы). Если позволите сказать, я целиком с вами согласен. Я частенько брал на себя смелость предупреждать вашу сестру, что в такую погоду не стоит отправляться на прогулку.

Герцог (выразительно взмахивает рукой). Артистический темперамент! Я всегда называл это артистическим темпераментом. Вордсворт, знаете ли, и все такое прочее.

Молчание.

Моррис(пораженный). Все такое?

Герцог(с энтузиазмом продолжает рассуждать). Что ж, все сводится к темпераменту. Таков уж ее темперамент — она видит фей. И таков мой темперамент — фей не видеть. Я прогуливался вокруг дома раз двадцать и ни разу не видел фей. Ну, то же самое и с волшебником, или как она его там называет. Для нее кто-то там есть. Для нас там никого нет. Разве вы не понимаете?

Моррис(с усиливающимся удивлением). Кто-то есть! О чем вы говорите?

Герцог(беззаботно). Ну, его нельзя назвать мужчиной.

Моррис(громко). Мужчиной!

Герцог. Ну, как всегда говорил старый Баффл, что есть мужчина?

Моррис(с сильным американским акцентом). С вашего разрешения, Герцог, я оставлю старого Баффла в покое. Вы хотите сказать, у кого-то достало наглости подумать, что какой-то мужчина…

Герцог. О, не мужчина, поверь мне. Волшебник, нечто мифическое, знаешь…

Смит. Не мужчина, но знахарь.

Доктор(мрачно). Я знахарь.

Моррис. Но вы не кажетесь мифическим, док. (Засунув в рот палец, начинает мерить шагами комнату).

Герцог. Ну, понимаешь, артистический темперамент…

Моррис(резко оборачивается). Слушайте, Герцог! В коммерческом отношении мы весьма передовая страна. Но в отношении моральном мы считаемся страной весьма отсталой. И вы еще спрашиваете, нравится ли мне, что моя сестра бродит по лесу в такую ночь одна! Что ж, мне это не нравится.