— А как он выглядел, Сара?

— У него темные волосы, темнее, чем у мистера Найлза, и зеленоватые глаза. Он очень высокий, рядом с ним я почувствовала себя маленькой толстой дурнушкой, — Сара трогательно вздохнула, но Марианна не собиралась отвлекаться от главной темы.

— Ты вовсе не толстая, просто у тебя широкая кость, так это, кажется, называется. Зато ты выглядишь доброй и веселой, и ни один человек в здравом уме не назовет тебя дурнушкой!

— Ты уже говорила мне это, Мэриан, и я почти поверила… Но рядом с ним мне сначала было совсем неловко…

— Но потом неловкость ведь прошла? О чем вы говорили? И как ты рассмотрела в свете звезд его зеленые глаза?

— Столько вопросов, Мэриан! — Саре явно хотелось говорить о юноше еще и еще, но она делала вид, что уступает настойчивости подруги. — Мы говорили о звездах, о бале, на котором он не присутствовал, о чем-то еще… А потом он сказал, что ему пора. А глаза . — так я видела его еще раз, уже в Лондоне!

— Ты так и не потанцевала с ним? Неужели ты не смогла уговорить его? — Марианна не понимала, как можно упустить юношу, который интересен.

— Он не пошел ни на бал, ни на ужин. И мне жаль было прощаться с ним, но он сказал, что лучше всего, если я забуду об этой встрече, поскольку встреча с Робин Гудом может принести леди только неприятности.

— И ты поверила в эту ерунду? Почему ты ничего не рассказала мне раньше? — последний вопрос Марианна задала наугад.

— Я не успела. После свадьбы я думала о нем, я ведь тогда и не разглядела его как следует и не видела его среди гостей. Я думала, что, может, это чей-то слуга так подшутил надо мной, но он был так изящен и говорил правильно… А потом ты сломала ногу, мы уехали, и я решила уже забыть о нем, когда однажды…

Девушка опять сделала паузу, неловко теребя кончик толстой косы, которую заплетала на ночь, и Марианна с трудом сдержалась, чтобы не потребовать немедленного продолжения — Сара была совсем не такая решительная, как она сама, и разговаривать с ней надо было поделикатнее. Наконец девушка собралась с духом и продолжила:

— Две недели назад мы были в театре, где батюшка внезапно раскланялся с пожилым господином, которого я как будто где-то видела раньше. Но как же я удивилась, когда рядом с ним обнаружился этот молодой джентльмен, сам Робин Гуд! Я сразу его узнала, хотя и не видела при ярком свете. И он, похоже, меня узнал, поцеловал руку и лаже, кажется, покраснел.

— Ну уж ты-то наверняка покраснела, — Марианне было трудно справиться со своим острым язычком, но на этот раз Сара не обиделась.

— Да, наверное… Я была так рада видеть его, я догадалась, что батюшка знаком с его отцом, и недоумевала, почему мы никогда раньше не встречались. Все произошло так быстро… они ушли, а мы вернулись в ложу, и тогда все выяснилось….

Эта пауза оказалась короткой, но видно было, что Сара очень, очень огорчена воспоминаниями, которыми собиралась поделиться с подругой. Марианна сочувственно погладила девушку по руке и мягко спросила:

— Ну, что же выяснилось, дорогая?

— Его действительно зовут Робин, — грустно ответила мисс Мэллоу, и ее подруга рассмеялась бы, если б не унылый тон бедняжки.

— Так что же? Надеюсь, его фамилия не Гуд?

— Нет, его фамилия — Харрис, и он сын поверенного тетушки Тревел, который составлял брачный контракт Деборы. Поэтому он и был там, помогал мистеру Харрису с бумагами, он унаследует контору отца и много учится, чтобы освоить все тонкости этой работы.

— Робин Харрис. Что ж, не самое плохое имя. Видно, его отец был романтиком в молодости, или он считает, что профессия стряпчего близка занятию благородного разбойника — наделять наследством от богатых их бедных родственников. Но я не поняла, почему ты так огорчена?

— Но, Мэриан, неужели ты не понимаешь? Стряпчий, его отец — стряпчий!

— Ну и что? — Марианна и правда не понимала. — Он беден? Это маловероятно, если он ведет дела почтенных людей, значит, они ему хорошо платят и сыну достанется приличная клиентура.

— Ах, дело не в деньгах, их у мистера Харриса, я думаю, достаточно!

— Тогда в чем? Во вторую встречу мистер Робин тебе уже не понравился? Но ведь ты едва успела обменяться с ним парой фраз, если я верно понимаю?

— Да услышь же меня, Мэриан! — мисс Мэллоу едва не плакала от досады на непонимание ближайшей подруги. — Его отец — стряпчий, а моему батюшке и в голову не может прийти, что одна из его дочерей способна заинтересоваться сыном поверенного!

Марианна наконец уразумела, в чем дело. Она ободряюще улыбнулась девушке и попробовала воззвать к доводам рассудка:

— Твой отец — добрый и прогрессивный человек. Если он увидит, что вы с этим молодым человеком любите друг друга, неужели он будет ставить препятствия твоему счастью?

Из голубых глаз на крепкие щечки скатилось две слезы, и Сара утерла их кончиком растрепанной косы:

— Он может быть прогрессивным, когда говорит о колониальной политике, но в собственном ломе он не потерпит столь вопиющих отклонений от правил.