открыл холодильник и отыскал кулечек с размороженной килькой. Насыпал в кошачью

миску с горкой, остатки кинул обратно. Багира радостно мяукнула, с урчание

вонзила острые зубы в рыбу. Я осторожно потрепал по мохнатой голове, выключил

свет и на ощупь прокрался в комнату. Скинул одежду и юркнул под одеяло. Обычно

долго ворочаюсь, вспоминаю дневные события, думаю о прошлом и будущем. Но на

этот раз сразу канул в глубокую тьму без сновидений.

ГЛАВА 2

Под утро сон прозрачный и легкий. Биологические часы настроены на скорое

пробуждение. Поэтому запускают тело в рабочий режим гораздо раньше, чем

требуется. Сон становится поверхностным, чутким. Две трети мозга работают на

полную мощность. Включают слух, осязание и обоняние. Гоняют кровь интенсивнее,

чтобы балбес пробудился свеженьким и бодрым, сразу приготовился к поглощению

пищи и быстрому спринту по городу. Но последняя треть самая ленивая. Уже

чувствует, что готова проснуться, но цепляется за легкую пелену блаженного

забытья, говорит сама себе: «Еще часочек, еще пять минуток… Будильник не звенит,

надо понежится».

Сквозь сон я слышал голоса, шаги. Вспомнил, что Светка с Вовкой уходят раньше.

Первой на учебу, второму на работу. Я белый человек — мне надо явиться лишь к

девяти, Вадим тоже — расписание занятий позволяет. На какое-то время опять

отключился, потерял зыбкую связь с реальностью. Проснулся от истерического

мяуканья Багиры. Кошка топталась по мне, как гиппопотам, сопела и фыркала,

тыкалась мокрым носом в щеку. «Забыли покормить, — возникла раздраженная мысль.

— Сколько можно, просил же…»

— Брысь! — буркнул я.

Багира душераздирающе мяукнула, увернулась. Но вредная натура заставила

отомстить. Вернулась и заорала еще громче, ударила по лицу мохнатой лапой.

Когтей не выпускала, знала, что будут репрессии. Я махнул рукой, застонал. Кошка

приободрилась, стала тереться пушистым боком. Я собрался с силами и открыл

глаза.

Из-под закрытых штор прорывались яркие золотистые лучи, по обоям бегали веселые

солнечные зайчики. Я обвел взглядом свою обитель. Отметил толстый слой пыли на

книжных полках и мониторе компьютера. Простыни и одеяло скомканы и перекручены.

Наверное, здорово вертелся во сне…

— Мяу! Мяврр!..

Багира улеглась на груди, замурлыкала. На черной мордочке появилось довольное и

хитрое выражение. В зеленых глазах блеснула насмешка, осознание победы.

— Ну что тебе? — рыкнул я. — Дай поспать…

Мазнул взглядом по стене, задержал на часах. В затуманенном мозгу

предостерегающе зазвенело. Стрелки показывали двадцать минут девятого.

— Опаздываю!.. — выдохнул я.

Одним движением скатился с постели, едва не задавив кошку. Багира душераздирающе

мяукнула, тенью шмыгнула в полуоткрытую дверь. Я бросился следом, размашисто

хлопнул по выключателю и заскочил в ванную. Но свет и не подумал загореться.

Лампочка в очередной раз перегорела. Времени возиться и менять не осталось. Я

выругался, оставил дверь приоткрытой. В полутьме нашарил зубную щетку, тюбик.

Кое-как привел рот в порядок, подставил голову под струю холодной воды. Остатки

сна мгновенно выпорхнули из тела. Вода ледяная, кожа сразу занемела. Я фыркнул и

поежился. Небрежно поелозил полотенцем, подсушил волосы и глянул в зеркало.

Ранки поджили, мелкие исчезли, крупные превратились в едва заметные линии. Хотя

еще вчера думал, что, по крайней мере, пару дней буду ходить с расцарапанным

лицом. Кроме того возникло странное ощущение… Я замер завороженный собственным

смутным отражением. На меня смотрел помятый и сонный парень: волосы торчком,

трехдневная щетина… Обычное дело с утра. Поразило другое. В густом полумраке

четко выделялись радужки глаз. Ободки тускло светились, будто намазанные

фосфорной краской. Я поморгал, мотнул головой. Глянул еще раз. Вроде бы

нормально. Наверное, просто показалось. Что со сна не причудится…

Я метнулся обратно в комнату. Отыскал чистую одежду, облачился в светлые джинсы

и бордовую футболку. На ходу прилизывая волосы, помчался на кухню. Обожаю

современные технологии! Чайник вскипел сразу же, заклокотал и затрясся. А еще