— Я — Коссиар, приписанный к купцу Борбору. — Парень явно этим гордился. — Борбор — это первый из всех Форов. Знаешь, что Вал — это его кузен. А другие…

Тейт боком направила свою лошадь к слуге, едва не выбив его из седла.

— Прости. Глупое животное. Наверное, хочет пить. Скажи мне, почему здесь работают свободные Коссиары? Я думала, что остров предназначен только для преступников и пленных.

— Каждый купец должен иметь трех Коссиаров для работы в доме. Мы работаем в течение трех лет, ежегодно один возвращается к себе, и на его место приходит новичок. Купцы хорошо платят. Мы следим за ними по указанию Капитана, так что мы тоже работаем для Коса. — На важном лице было нескрываемое самодовольство.

— Это большая ответственность, — сказал Конвей.

— Мы докладываем обо все происходящем. Бос говорит, что подозревать нужно всякого, «потому что все ненавидят Кос».

Конвей и Тейт обменялись понимающими взглядами поверх головы этого наивного шпиона. В последовавшей тишине Тейт поняла, что мужчина был не столько наивен, сколько чрезвычайно уверен в себе. С его точки зрения, Бос был прав. Кос полностью контролировал всю местную жизнь, и было естественным распространить это на остальной мир.

Мысли Тейт возвратились к странной сдержанности жителей Гавани. Она вспомнила цепкие неприязненные взгляды рабов на полях. Ты видишь меньше, чем думаешь, мой друг шпион, думала она про себя.

Шесть кораблей приближались к острову. Четыре из них были простыми ладьями, один — тримараном и последний — катамараном. Далеко за ними, на фоне видневшегося полуострова, прокладывал свой путь корабль побольше. Конвей сказал:

— Тот последний, должно быть, принадлежит Найону. Ты когда-либо видела что-нибудь красочней этих кораблей?

Тейт не могла скрыть восхищения:

— Да, они знают толк в цвете. — Она крикнула, обращаясь к слуге: — Какой из них Борбора?

— Ведущий, — крикнул в ответ юноша.

Корабль был двухмачтовым, спереди с небольшим кивером; он тяжело причаливал к берегу. Паруса были раскрашены яркими бьющими в глаза цветами — кроваво-красным и желтым, как нарцисс. Корпус тоже был ярко-красным. Судно стремительно двигалось по голубому морю, рассекая серебристые волны с безумной веселостью огня.

Ближайший к нему корабль был черным, его паруса были красными в белые сужающиеся кверху вертикальные полосы. Остальные суда были белыми, но паруса пестрели немыслимой гаммой цветов. На одном из кораблей они были с голубыми, зелеными и черными полосками. Паруса другого были разрисованы оранжевыми и голубыми кругами, а у следующего украшением служили беспорядочно перемешанные вертикальные полоски всех мыслимых оттенков. На черном парусе на тримаране был изображен застывший в прыжке оранжевый тигр.

Находясь еще под впечатлением от этой великолепной процессии, все трое бурно приветствовали Борбора, как будто знали его раньше.

В ожидании купцов группа мужчин уже спустила на воду маленький катамаран, а двое из них запрыгнули на борт. Остальные поспешили назад, чтобы помочь накрывать на стол. Из больших корзин доставали еду и выпивку, накрывая ее прозрачной газовой тканью, чтобы защитить от мух. Запахи горячего мяса, овощей, сыров и свежего хлеба смешались с резким привкусом соленой воды и пряным ароматом диких растений. Рабочие выкрикивали приказы, перебрасываясь шуточками.

Спешившись, Конвей направился к берегу, Ланта последовала за ним. Тейт поспешила следом. Нервничая, она наблюдала, как два человека пересаживаются с большого корабля в подоспевшее маленькое суденышко. Одна из фигур была громоздкой и неторопливой. Другая была маленькой и быстрой. Тейт узнала Ти, и ее сердце екнуло. Пытаясь прийти в себя, она засуетилась, думая, что ей предпринять.

Конвей выглядел оживленным и практически оправившимся от болезни. Он склонился над Лантой, почти прикасаясь к ней; они разговаривали, смеялись. Она не сводила с него глаз, улыбка ее излучала любовь.

В приближавшейся лодке спиной к берегу сидела Ти.

Тейт сказала:

— Здесь готовятся их встречать. Неудобно мешать им.

Слуга обернулся на ее слова:

— Это для вас. Я думал, вы знаете об этом. Борбор хочет познакомиться с вами.

— Нас должны были предупредить, — Тейт почти что зарычала на мужчину. — Почему ты не сказал ни слова? Мы одеты неподобающим образом. Оставайся здесь. Скажи своему господину, что мы вернемся чуть позже.

Слуга был в шоке, отскочив от Тейт, он побежал прочь.

Конвей и Ланта застыли в немом удивлении. Затем Мэтт нарушил молчание.

— Это было довольно грубо, Тейт.

Она как будто не слышала.

— Он должен был нас уведомить об этом.

Когда она обернулась, ее друзья уже направились к своим лошадям. Зная, что она лишь отсрочила нежелательную встречу, и понимая, каким ударом это будет для Ланты, Тейт поспешила за ними, втайне надеясь на то, что они не обернутся. Когда она догнала их, Ланта встретила ее такой счастливой улыбкой, что у Тейт сжалось сердце.