– Вали отсюда, - сказал он потом, - и чтоб я тебя здесь больше не видел!

– Уже иду, - отозвался Антон, - без паники.

Он медленно пошел дальше, размахивая пакетом и насвистывая «в траве сидел кузнечик». Еще не хватало, чтобы Игорь подумал, что Антон его боится, хотя Игорь и старше его на два класса! Не оборачиваясь, Антон дошел до стены кладбища. Она была действительно побелена и такая высокая, что Антону были видны только верхушки елей, что росли на кладбище. Когда он почти дошел до ворот, то остановился и украдкой оглянулся. Игоря нигде не было видно. Антон подождал еще немного, но ничего не произошло. Тогда он открыл ворота и вошел.

Его окружила тишина, пахло землей и цветами. Не так уж и плохо, подумал Антон, во всяком случае совсем не жутко! Успокоившись, он пошел дальше. Если бы не множество крестов и надгробий с причудливыми эпитафиями типа «Покойся в мире», то можно было подумать, что он идет по парку. Странно только, что никого не было видно. Может, воскресный полдень не такое уж подходящее время для посещения кладбища? Правда, ему это было только на руку. Где никого нет, там никто не помешает.

Антон спускался по главной дорожке. Он и раньше иногда приходил сюда вместе с матерью ухаживать за семейными могилами. А потому хорошо помнил, что запущенная часть кладбища начиналась за часовней, которая стояла в конце дорожки. Эта часовня всегда казалась ему зловещей: она была построена как обычный дом, но не имела окон, а только огромную железную дверь. И хотя часовня казалась старой и обшарпанной, на двери у нее висел совсем новый и явно часто используемый замок. Вот этот новехонький замок и был самым жутким в часовне, потому что Антон никогда не видел, чтобы кто-нибудь входил в часовню или выходил из нее!

И сейчас он прошел мимо с неприятным чувством. Ничего не изменилось, даже замок так же поблескивал на солнце, как раньше. Интересно, часовня пустая? А если нет… что там внутри? Вряд ли что-то хорошее, подумал Антон, и вспомнил про историю, которую однажды прочитал: чтобы выиграть пари, один парень позволил, чтобы его заперли на ночь в морге. Сначала парень думал, что он один, но потом в окно проник лунный свет. Крышка гроба, что стоял рядом, внезапно зашевелилась, а из гроба появился… Когда Антон подумал о существе, которое вышло из гроба, у него по спине пробежали мурашки, хотя вокруг все было залито солнцем!

Внезапно он заторопился вернуть мантию и убраться с кладбища. Мало ли, кто тут бродит. В книгах Антона были не только вампиры, они-то как раз были чуть ли не самыми безобидными…, – но и зомби, например. Он как-то читал про одну женщину, которая целыми днями не переставая стучала по крышке гроба, пока не умерла от истощения. Антон пошел быстрее. Если сейчас кто-нибудь начнет стучать, то он, Антон, ни за что не подойдет ближе! Лучше всего идти так быстро, чтобы вообще не слышать никакого стука! Он снова вспомнил тетю Дусю и вчерашнюю ночь в склепе!

Антон уже ушел с той части кладбища, в которой дорожки были выровнены граблями, а кусты живой изгороди - тщательно подстрижены. Здесь за часовней трава доходила ему почти до колен, и ему приходилось прокладывать себе дорогу сквозь бурьян и заросли кустов. Но вдалеке он видел стену кладбища. Где-то там должна быть ель, под которой находится вход в склеп! И тут ему показалось, что кто-то идет за ним по дорожке. На миг он окаменел от страха. Кто или что преследовало его? Кто-то из часовни?

Но в следующую секунду уже ничего не было слышно, и он осмелился обернуться – кладбище было таким же пустым и тихим, как и раньше. Может, он только вообразил себе эти шаги? В конце концов, он был здесь совсем один, а в одиночестве можно убедить себя в чем угодно!

Он чуть не споткнулся о надгробие, что лежало в траве. Оно имело странную форму сердечка! Замысловатые, едва различимые буквы складывались в надпись: Леопольд фон Трясикаменер, 1803 – 1850. Антон ужаснулся, ведь, если верить надписи, отец Родиона умер больше ста лет тому назад! Еще через пару шагов он увидел второе надгробие, тоже сердечком, на котором было написано: Ефросинья фон Трясикаменер, 1804 – 1849. Рядом с ним он нашел надгробия бабушки, Сабины фон Трясикаменер, 1781 – 1847, и дедушки, Вольдемара фон Трясикаменер 1780 – 1848. Чуть подальше лежало надгробие тети: Евдокия фон Трясикаменер-Пеносвинер, а рядом с этим надгробие дяди: Теодор фон Пеносвинер. И все надгробия были в форме сердца! Вообще-то они слишком бросаются в глаза, решил Антон, любой дурак поймет, что дело нечисто. А сколько всего может означать сердце! Во-первых, любовь – Антон хихикнул – а во-вторых, кровь!!! Кто же не знает, что сердце перекачивает кровь по телу!

Когда Антон сравнил даты, то заметил, что вампиры умирали в определенной последовательности, один через год после другого: сначала Сабина, потом Вольдемар, Ефросинья, Леонид, Евдокия и Теодор. Неужели все время один другого…? А дети? Кто их…? И вообще, где их надгробия?

Но сколько ни искал Антон, ему попадались только простые серые надгробия, которые лежали явно не над могилами вампира. Может у маленького вампира, его брата и сестры совсем не было надгробий? Наверное, они умерли самыми последними из рода фон Трясикаменер и рядом с ними не было никого, кто бы обеспечил им приличные вампирские похороны? Пока он размышлял, из кустов рядом с ним вдруг раздался хруст, и когда Антон обернулся, то увидел ухмыляющееся лицо Игоря.

– Ты? – единственное, что пришло ему в голову.

– Не ожидал, да? – с самоуверенной улыбкой Игорь выкарабкался из кустов. – Ты чего так таращишься? Я что, привидение?

– Да так… – пробормотал Антон, - я думал, это…

– Духи? – воскликнул Игорь и гулко засмеялся.

– Нет, я думал, что это мой друг, - сказал Антон. – Мы собирались здесь встретиться, но он пока что не пришел.

Поверит ли Игорь ему? Разве придумаешь лучше второпях!

– Чего? – недоверчиво сказал Игорь, - и я должен вот это проглотить?