Я полусидела, а он нависал надо мной, в неясном свете его лицо приобрело хищные, заостренные черты. Я скользила взглядом по правильным, лишенным слащавости чертам, чувственным губам и полуприкрытым глазам.

Такой мужчина и весь мой! Нет пока еще не весь…

Я медленно легла, потянув его за собой. Закусила губу, когда он приник к груди.

Навязчивая возня и крики снаружи, заставили нас отвлечься.

— Извращенцы, опять оргию устроили… — хрипло рассмеялся Вариан, но стоило ему вернуться к прерванному занятию, как особенно громкий, душераздирающий крик заставил нас вздрогнуть. — Что за…

Властелин попытался приподняться, но я не позволила ему, обхватив его бедра, прижимаясь к нему всем телом.

— Искусительница, — прошептал он, — боюсь, что в этот раз все закончиться слишком быстро…

Я закрыла глаза и улыбнулась, не прерывая свою невинную пытку.

— Нет, я так не могу, — простонал он, но вспыхнувшая искрами защита вынудила обратить внимание на происходящее. — Они что, нарочно?

Мы поспешно приводили одежду в порядок. Подождав пока я справлюсь с застежками пояса и подвязками, Вариан снял защиту.

Представшее зрелище во всем ужасе своего вида развеяло последние капли сладкого опьянения. Вся бальная площадка была залита кровью — алой и темной, густой, источающей приторный невыносимо сладкий запах. Этот запах внушал почти животный ужас, хотелось бежать как можно дальше, забиться в самый темный угол.

Вариан обнял меня за плечи, привлекая к себе. Мессарийская принцесса и ее наставник, вместе с несколькими выжившими, явившимися на маскарад с оружием, вытирали мечи и возвращали их в ножны. Судя по количеству растерзанных гостей, к моменту нападения подавляющее большинство вернулось во дворец.

Мы тоже хороши… как же надо было увлечься, чтобы не услышать происходящего? Нет, кое-что мы слышали.

Боги, неужели я так на всю жизнь и останусь девицей? Почему все неприятности сваливаются на нас в самый неподходящий момент?

Я посмотрела на лицо Вариана, на котором вместе с сочувствием и сожалением читалось раздражение, и подумала, что он со мной солидарен. Вечер испорчен, столько погибших, а мы не то, что другим — себе помочь не можем.

Внезапно эльф напрягся и, приказав мне оставаться здесь, бросился к дорожке ведущей к парадному входу. Душу холодило нехорошее предчувствие.

Лесана взмахом меча обезглавила мерзкую на вид, приземистую тварь с короткой коричневой шерстью. Она почти пол часа плечом к плечу, или точнее сказать спина к спине с Дереком, сражалась с этими существами. Где-то неподалеку должны были быть Властелин Араханта с ее сестрой, и девушка надеялась что, закрыв Рину щитом, Вариан поможет им. Маги уже не справлялись с нападающими и молнии теряли свою поражающую силу. Им бы еще пару десятков воинов…. Но Лесана понимала, что этим двум десяткам не хватило бы места для маневра, так что хорошо, что большинство, не дожидаясь конца маскарада, разбрелось по дворцу.

Отражая очередной выпад противника, девушка на долю секунды взглянула в его глаза и ее рука дрогнула, пропуская смертоносный удар…

— Осторожнее, — огненный хлыст за долю секунды до удара обвился вокруг хвоста и не дал ему коснуться девушки.

Вариан обнажил меч, пряча хлыст и привычно перебрасывая меч в левую руку. В правой вспыхнул энергетический щит, принимающий на себя основные атаки тварей, не упускающих возможности плюнуть в мага ядом или дохнуть огнем.

Уворачиваясь от когтей и клыков, создавая смертоносные «ошейники» и слепя тварей вспышками света, Властелин был в своей стихии. Кровь, боль, страх, все так привычно и знакомо…

Лесана крепче сжала рукоять меча, и сощурив глаза, бросилась в самую гущу битвы. Уворачивается от клацающих в опасной близости клыков и шипастых хвостов, делает сальто назад, танцевальным па уходит от ударов, уворачивается от огня и яда. Она танцует на лезвии меча, между жизнью и смертью, светом и тьмой.

Вернувшаяся из-за черты, воскрешенная, но несущая на себе печать смерти. Теперь она всегда за ее левым плечом, если вслушаться, можно услышать леденящее душу дыхание и запах тлена.

Она потягивается, разворачивает призрачные крылья, ловит и поглощает на лету капли приторной, тягучей крови. Невидимым плащом окружает девушку, довольно урчит, будто дикая кошка, чувствуя страх противника.

Нет, не сегодня и не через век.

Равновесие без перевесов.

Я со смешанным чувством удивления и страха наблюдала как очертания фигур людей, еще несколько секунд назад стоявших рядом, размываются и вот уже на залитых кровью плитах, стоят клыкастые твари с горящими красным светом глазами.