– Но я еще не готова! Я никогда не буду готова!

– Ты отлично ко всему подготовлена. Ты выносишь и родишь ребенка Джозефа. Кстати, это будет девочка.

– … Девочка?

– Я сделало так, чтобы это была девочка, которая может стать для тебя хорошей спутницей. И ты не будешь больше страдать от одиночества.

– Вот уж спасибо!

– Пожалуйста. Дочь сможет остаться с тобой надолго.

– Господи, да какая же она, к дьяволу, дочь!

Она снова рванулась, но Никани держало ее крепко.

– Ты ведь создало очередное чудовище, нечеловеческую тварь.

Затем Лилит в ужасе уставилась на свое собственное тело.

– Значит, оно внутри меня, эта нелюдь?

Притянув ее ближе к себе, Никани положило чувственную руку ей на горло. Лилит внутренне сжалась, ожидая инъекции транквилизатора и неизбежной за тем потери сознания. Она почти с восторгом ожидала наступления темноты.

Но Никани просто усадило ее обратно на чурбан, ничего другого ему и не было нужно.

– У тебя будет дочь, – повторило оно. – Ты уже давно готова стать матерью. Сама ты никогда не нашла бы в себе сил признаться в этом. Это в точности напоминает то, как сгорающий от желания Джозеф, проявляя чудеса упорства, ни разу не позвал меня в свою постель – независимо от того, как невероятно стискивало его желание. В тебе все готово принять ребенка, против говорят только твои слова.

– Но это будет нечеловеческое дитя, – прошептала она. – Это будет чудовище. Монстр.

– Ты лжешь сама себе, Лилит. Это дурная обходится тебе очень дорого. Этот ребенок будет дочерью твоей и Джозефа, а кроме того, Ахайясу и Дайчаан. И моей дочерью тоже, потому что именно я смешало ваши компоненты, проследило за тем, чтобы девочка получилась красивой и в организме ее не было зародышей болезни. Твоя дочь будет моим первым ребенком, Лилит. Первым появившимся на свет, по крайней мере. Ахайясу тоже беременна.

– Ахайясу? Когда же это она умудрилась? Она ведь кружилась как белка в колесе, везде поспевала?

– Но тем не менее она беременна. И ты и Джозеф тоже будете родителями ее ребенка.

Своей чувственной рукой Никани повернуло к себе ее лицо.

– Ребенок, который выйдет из твоего тела, будет похож только на тебя и Джозефа.

– Я не верю тебе!

– Разница будет абсолютно незаметной до момента метаморфозы.

– Господи, и это тоже!

– Ведь это будет не только твое дитя, но и ребенок народа Ахайясу.

– Какое мне дело до вашего народа, – застонала она. – Я не могу позволить себе произвести на свет нечеловеческого ребенка. Если ты думаешь обратное, то глубоко ошибаешься.

– Наши дети всегда бывают лучше нас, – продолжало тем временем Никани. – Мы сумели избавить тебя от наследственных проблем вашего рода, а ты, в свою очередь, расширила горизонт нашего физического развития. Наши дети никогда не станут уничтожать себя в междоусобных войнах и теперь, если им вдруг понадобится вырастить тот или иной внешний орган, чтобы изменить себя необходимым образом, они всегда смогут это сделать. И это еще не все преимущества будущего поколения.

– Но это будут не люди, – с рыданием вырвалось из груди Лилит. – Вот в чем все дело, Никани. Ты не можешь этого понять, но все дело именно в этом.

Щупальца Никани собрались в узлы.

– Сейчас, мне кажется, важнее всего то, что в твоем чреве находится живое существо, Лилит.

Оно наконец отпустило ее руки, и те безвольно упали, повиснув вдоль ее тела.

– Вы убиваете нас, уничтожаете нас, – прошептала она. – Господи Боже мой, неудивительно, что вы не позволяете нам нормально жить друг с другом. И теперь я понимаю, почему вы не отпустили меня с остальными.

– Ты отправишься на Землю вместе со мной – со мной, Ахайясу, Дайчаан и нашими детьми. Но прежде нам еще многое нужно успеть сделать.

Никани встало.

– Теперь нам пора идти домой. Ахайясу и Дайчаан ждут нас.

Домой? – с горечью повторила про себя она. Когда-нибудь у нее появится место, которое она действительно сможет назвать своим домом? Стоит ли на это надеяться?

– Позволь мне остаться здесь, – попросила она.

Ответом будет отказ. Она не сомневалась.

– Если вы не отпустили меня на Землю, то хотя бы позвольте воспользоваться этим паллиативом Земли.

– Ты вернешься сюда с новой группой Пробужденных. Это случится довольно скоро. А сейчас нам пора идти.

Она несколько секунд колебалась, обдумывая возможность добиться того, чтобы Никани усыпило ее и отнесло куда нужно на себе. Но это было бессмысленно. В конце концов с новой группой людей у нее появится еще один шанс. Шанс выучить их… так и не став для них своей. Неужели ей никогда больше не суждено вернуться в лоно человеческой семьи, найти кого-то, кто сможет считать ее своей? Неужели не суждено? Никогда?