И снова Кейт не то тихонько всхлипнула, не то застонала.

— Это был брак по расчету, в полном смысле этого слова: удобный, выгодный, надежный. Любви здесь не было места. Для них обоих главным был ребенок — сын, которого хотел он, просто ребенок — которого хотела она.

Они поженились только ради этого.

— Ради меня, — горько сказала Кейт.

— Да, ради тебя. Скромная церемония в Кэкстон-холле, где я был свидетелем. А через семь месяцев родилась ты. Узнав, что родилась девочка, твой отец был заметно огорчен, но ты с первых же дней стала его любимицей. Он излил на тебя всю любовь, которую не мог дать любимой женщине. А когда ты подросла, в тебе стали проявляться унаследованные от отца способности.

Чарльз был в восторге, он был абсолютно убежден, что ты сумеешь продолжить его дело. Он хотел научить тебя всему, что знал сам, чтобы ты смогла стать непревзойденным экспертом по восточному фарфору. Он распланировал твое будущее, и в этом будущем ты всегда была рядом с ним. То, что ты унаследовала от него способность глубоко любить, значило для него очень много. Потому что он знал, что научить любить нельзя. Субботы, которые он проводил с тобой в «Деспардс», были для него праздником.

Вернувшись домой, он рассказывал твоей матери обо всем, что ты сказала или сделала. Ты была точной его копией, с той лишь разницей, что ты родилась девочкой. Вы были очень близки, ты и он.

— Судя по тому, что случилось потом, эта близость немногого стоила, — покачала головой Кейт.

— Он никогда бы не ушел к Катрин, не будь он уверен, что со временем все образуется. Твоя мать пообещала ему, что он сможет видеться с тобой в любое время, она понимала, что отец имеет на тебя больше прав, чем она. По-моему, дело в том, что новая миссис Деспард не желала иметь соперниц. После долгих лет ожидания она ни с кем не хотела делить своего мужа.

— И у нее была дочь.

— Вот именно. Сьюзан сделала все от нее зависящее, чтобы твой отец не чувствовал за собой вины. Однако она не учла твоей реакции. Уход отца оказался для тебя таким жестоким ударом, что с этого момента он перестал для тебя существовать. Ты так и сказала ему, Помнишь? Ты заперлась в своей спальне и отказалась выходить, как он тебя ни просил.

Кейт не нуждалась в напоминании. Она хорошо помнила ужас, который обрушился на нее тогда, помнила свое отчаяние и невыносимую боль. Она все еще слышала голос отца, полный горечи и муки. Она прокручивала этот день в своей памяти тысячу раз. Тогда она крикнула ему:

«Если ты уйдешь из этого дома и от меня, ты перестанешь для меня существовать! Умрешь для меня, слышишь?

Умрешь! Я ненавижу тебя!»

Привычно читая по ее выразительному лицу, Ролло тихо сказал:

— Ведь он был женат на твоей матери, а ты вела себя, как ревнивая жена.

— Он предал меня. Он говорил мне, что я папина дочка. И я верила ему. Но он лгал. — Кейт заплакала.

— Как и все мужчины, он говорил много разных вещей, не думая, что когда-нибудь они обернутся против него..

— Или помешают ему уйти от меня к другой женщине.

Повисло короткое, напряженное молчание. Когда Кейт подняла заплаканное лицо, Ролло мягко переспросил:

— Уйти от тебя к другой женщине?

— Ну что ж, скажи наконец! — крикнула она. — Да, я была влюблена в своего отца!

— Здесь нет ничего удивительного, — невозмутимо ответил Ролло. — Ведь именно так женщины узнают о любви и о мужчинах. Твоя беда в том, что уход отца болезненно повлиял на твою психику. В то время, как большинство женщин ищут мужчину, похожего на отца, ты бегаешь от мужчин, как черт от ладана. Ты одеваешься так, чтобы ни один мужчина даже не взглянул на тебя. Эти ужасные джинсы, свитера, уродливые куртки. Не мне судить о женщинах, но в наши дни они не были похожи на мужчин.

— Мне плевать, на кого они были похожи в твое время.

Я одеваюсь, как хочу, и не обязана ни перед кем отчитываться. Ты слишком много себе позволяешь, Ролло.

Смерив ее холодным взглядом, Ролло отчеканил:

— Ты же хотела знать правду, моя милая. А я не из тех, кто ее приукрашивает.

На несколько секунд их взгляды скрестились, затем Ролло примирительно сказал:

— Кейт, как бы отец ни любил тебя, одной вещи он не мог от тебя получить: кровосмешение — наше последнее табу, нарушить которое вряд ли кто решится. Твоему отцу был нужен секс, часто и помногу. Вот почему он так нравился женщинам. Он был сексуальным животным. Но он не спал с твоей матерью. В этом плане она его не привлекала, хуже того — она избегала секса. А в Катрин де Вильфор было все, чего он искал в женщине. Судя по тому, что я о ней слышал, у нее не было и сотой доли той доброты, сострадания и ума, которыми обладала Сьюзан, но Чарльзу это не было нужно. Он Хотел, чтобы с женщиной было хорошо в постели, чтобы она служила рекламой ему и «Деспардс» и чтобы у нее не болела голова, когда он хотел заняться сексом.

У Кейт был такой потерянный вид, что на какую-то секунду сердце у Ролло сжалось. Чертова любовь, в ярости подумал он, она делает таким уязвимым даже сильного человека.

— Могу тебя заверить, — произнес он, вздохнув, — что больше всего на свете мужчин интересует секс. Им не так уж и важно, умна ли и добра их избранница. Они загораются, увидев смазливое личико, стройные бедра, мягкую выпуклость груди. Мы все заложники природы. — В его голосе прозвучала горечь. — У нас нет сил сопротивляться зову плоти. Твой отец бросил верную жену и любящую дочь, потому что не получал от них того, чего ему действительно хотелось. Все эти годы ты думала лишь о себе.