Полковник:

– Я не снимаю, я одеваю.

Анна Иоанновна:

– Не стыдно, Полковник? В столовой в таком виде! Опять в карты играли?

Полковник:

– Чем это Вас так оскорбил мой вид? Вы что - что-то принципиально новое для себя увидели?

Анна Иоанновна (взвизгивает):

– Полковник! Не хамите! Это все карты!

Профэсор:

– Помилуйте, Анна Иоанновна. Это же безобиднейший подкидной дурак. В самом деле, не в салочки же нам играть. Возраст, знаете ли, не позволяет. А раздевание, так это так, озорство, шалости. Это же понарошку...

Анна Иоанновна:

– Сначала все понарошку, а потом знаем мы, чем все это заканчивается. И почему это вы все называете меня Иоанновной? Я по паспорту Ивановна. Абсолютно по-русски.

Профэсор:

– Иоанновна это что, по-французски, что ли? Была такая царица даже Анна Иоанновна ее звали, как и Вас, между прочим.

Полковник:

– И похожа к тому же на Вас, прямо один в один. Современники называли ее "царица престрашного зраку", во как!

Анна Иоанновна:

– Ну, вот что, голуби, я от вас терпеть подобные выходки не намерена. Еще раз услышу нечто подобное - пеняйте на себя. Слава богу, что скоро всех вас разгонят, наконец-то.

Иван Иванович:

– Анна Ио... простите, Ивановна, как это так - разгонят?! Вы шутите?!

Анна Иоанновна:

– Я никогда не шучу и вам пора бы всем об этом знать.

Президент:

– Так как Вас тогда понимать? Куда нас разгонят? У нас же ни квартир, ни родни. Вы действительно серьезно говорите?

Анна Иоанновна:

– Я всегда говорю только серьезно. Разгонят, не сомневайтесь. А вот куда, это мне, поверьте, без разницы. Всю душу в вас вкладываешь, а вы, бессовестные. Кроме хамства, никакой благодарности от вас не дождешься.

Полковник:

– Все в этом мире возвращается нам тем же, и в той же пропорции, что мы сами направляем в мир. Другими словами: посеявший хамство...

Анна Иоанновна:

– Это я сею хамство?! Я?! Да как...

Президент (обнимает ее за талию, отводит в сторону):

– Успокойтесь, Анна Ивановна. Успокойтесь. Нашли тоже, на кого внимание обращать, драгоценные переживания тратить. Сапог он и есть сапог, мужлан. А мы все очень ценим ваши труд и заботу. Вы не сомневайтесь, Анна Ивановна. Вы только шепните, мы мигом письмо благодарственное в министерство образования отправим...

Анна Иоанновна (подозрительно):

– При чем здесь министерство образования?

Президент:

– А разве нет? Разве вы по другому ведомству? Вы же нас воспитываете, образовываете, можно сказать. Да нам все равно, в какое министерство писать. Вы сами скажите, куда Вам желательно, чтобы мы написали, а мы это мигом сделаем. Кстати, Анна Ивановна, что это Вы про то, что нас разгонят говорили? Это шутка? Сознайтесь, Анна Ивановна.

Анна Иоанновна:

– Какие могут быть шутки! Вы же сами прекрасно знаете, что организация, в чьем ведении мы находились, ликвидирована. Министерство, к которому она относилась, тоже. Финансировать в результате этого нас некому. Здание покупает какая-то крупная коммерческая фирма, будут здесь дом отдыха делать. Персонал они обязались трудоустроить...

Президент:

– Персонал - это хорошо. А нас-то куда же?

Анна Иоанновна (равнодушно):

– А что вас? Развезут кого куда. Мало, что ли, стардомов? Найдут вам место. Чего вам беспокоиться? Не все равно где...?

Иван Иванович (незаметно приблизился и все слышал):

– Как это все равно? Не все равно где помирать, что ли? Вы уж договаривайте, Анна Иоанновна, не стесняйтесь. Чего нас стесняться? Помирать всем нам скоро, это точно, что лукавить, возраст у нас у всех грустный. Только вот где помирать, - это нам не все равно. У нас у всех ни родни, ни близких, так что мы друг для друга очень даже многое значим...

Анна Иоанновна:

– Я-то здесь при чем? Что вы на меня накинулись? И подслушивать - это плохо!

Президент:

– В самом деле, Иван Иванович, отойдите. У нас тут, можно сказать, интимная беседа, а ты - подслушивать. Нехорошо, батенька (отодвигает Иван Ивановича).
– Да не берите в голову Анна Ивановна. Вы должны понять: сталевар, хотя и заслуженный. Что взять-то с него? На чем это мы с Вами остановились? А? Да, так куда все же всех нас? Вы ведь все знаете, Анна Ивановна? Ну, строго по секрету.

Анна Иоанновна:

– На этот раз не знаю. Списки у директора, там указано, кого куда. Развозить прямо завтра начнут. Могу сказать только одно: время сейчас сами знаете какое, все стардома забиты, переполнены. Так что, скорее всего, будут рассортировывать, кого куда придется, по одному, по два. Только я вам ничего не говорила, ладно?

Президент:

– Об чем речь, Анна Ивановна! И почему Вы так обижаетесь на Иоанновну? Есть в Вас что-то царственное, ей богу! (заглядывает ей в глаза) - Анна Иоанновна, если что узнаете, шепните, ладно? По секрету...