— Я по коровьей части, — со вздохом сказала тетя Фрося и покраснела.

Она была очень молодой и очень несчастной.

— Он опять сбежал в лес! Что я теперь буду делать?

— Кто сбежал? — спросил сержант Воскресенье.

— Прометей.

— Это бык, — пояснил Олежка, — страшилище!

— Не волнуйтесь, — сказал сержант, — мы найдем вашего Прометея. И Олежка приведет его на скотный двор.

— Я?! — испуганно переспросил мальчик.

— Оля? — изумленно воскликнула молодая тетя.

— Так точно. Только не Оля, а Олег.

— Но я никогда... — пробормотал мальчик. — Яне смогу.

— Вот видишь, ты никогда не ловил быка, почему же ты думаешь, что это страшно? — вмешался в разговор Среда.

— Мы поможем тебе. Мы будем с тобой, — шепнул Суббота.

— Отделение! Становись! — тихо скомандовал мальчик.

И когда все семеро солдатиков застыли в строю, то оказалось, что все они в зеленых маскировочных халатах, разрисованных бурыми узорами. Олежка уперся подбородком в грудь и увидел, что на нем такой же халат. И это придало ему силы.

Он скомандовал:

— Шагом марш!

И невидимый оркестр заиграл марш.

Едва отделение вступило в лес, как все семеро солдатиков исчезли, словно надели шапки-невидимки. Олежке стало не по себе. Ему показалось, что друзья покинули его, оставили одного в лесу, по которому бродит страшный бык Прометей.

— Суббота! — тихо позвал мальчик.

— Я здесь, — отозвалась высокая ель. — Веду наблюдение.

Мальчик поднял голову, но никого не увидел. Сквозь ветви просвечивало небо. Голубое перемежалось с синим. И тонкие солнечные лучи били в глаза.

— Пятница!

— Я здесь, генацвале! — отозвался куст орешника, и одна веточка дрогнула. Но это была не веточка, а антенна.

Разведчик Четверг отозвался из корней вырванного из земли пня. А когда Олежка позвал Среду, в ответ тонко засвистала птица — фью, фью... Вторник и Понедельник не отозвались — видимо, были уже далеко от места, где стоял мальчик. А голосом сержанта Воскресенье ответил свеженаметанный стог сена:

— Следуй за свистом птицы. Следуй...

Снова раздался тонкий, пронзительный свист, и, раздвигая ветви, Олежка зашагал на птичий голос. Этот голос уводил мальчика все дальше и дальше в лесную чащобу. Густые ветви сомкнулись за ним. Зеленый с сединой мох пружинил под его ногами. Фью! Фью! Фью!

И вдруг кто-то совсем рядом крикнул:

— Ой! Ты наступил мне на руку!

За большим вывороченным пнем, прижимая к себе корзину, лежал здоровый парень. Лицо его было бледным, а зубы слегка стучали, как от холода.

— Вы обнаружены! — объявил мальчик. Увидев бойца в военном комбинезоне, парень совсем растерялся.

— Я... я... я не от вас прятался.

В этот момент Среда из птицы превратился в солдата.

— Здрасте, здрасте, вы по какой части? — спросил он парня и заглянул в корзину. — Вы по грибной, а мы по иной. С кем в прятки играешь?

— С Прометеем, — ответил парень и спросил: — Оружие у вас есть?

Солдаты переглянулись.

— Зачем оружие?

— Для само-обо-роны! — Парень по складам произнес это длинное слово.

— От кого обороняться? От быка? — засмеялся Среда. — Я всю жизнь прожил в деревне. У нас пастухи обходились без автоматов. Кнутом, разве, постреливали.

— Его кнутом не испугаешь, — мрачно сказал парень.

— Зачем пугать? Где твой Прометей?

На поляне, со всех сторон окруженной березняком, стоял бык. Он был черным, без единого белого пятнышка. Тяжелая голова, круглые выпуклые глаза и короткие, словно обтесанные топором рога. Бык был неподвижен, как скала. И только хвост его покачивался, как маятник часов.

Сердце у Олежки забилось часто-часто. А Среда как ни в чем не бывало стал рвать какую-то травку, словно грозное животное вовсе не интересовало его. Букет у Среды получился не очень красивым, и мальчик терялся в догадках, зачем Среде этот пучок простой травы.

— Вот, держи травку, — сказал Среда мальчику, — это для быка лакомство. А теперь действуй.

Олежка вздохнул, печально взглянул на Среду и медленно зашагал к Прометею. И пока он шел, из кустов, с веток деревьев, из травы до него долетели голоса друзей-солдатиков.

— Мы с тобой, генацвале... Мы рядом, младший братик... Освежить цветочным или олимпийским?..

Эти голоса придавали мальчику силы, и страх сморщился, сжался в комочек и почти совсем пропал. Держа в руке пучок сочной травы, Олежка подошел к Прометею.

— Прометей... Прометеюшка... Проша, — приговаривал мальчик, словно говорил не с грозным зверем, а с маленьким. — Ты такой красивый, такой умный...

Сперва бык насторожился. Потом прислушался. Потом повернул голову к незнакомцу и повел темным глазом. И тут Олежка протянул ему угощение. Прометей шумно втянул воздух, понюхал букет, легонько коснулся его губами и, отщипнув несколько травинок, принялся жевать.