Он довольно долго слонялся вокруг моста, отыскивая решение проблемы, и уже смирился с тем, что будет проще дождаться цветения тюльпанов и встретить леди Меральду на торговой площади. Этот вариант не слишком его устраивал, поскольку в таком случае он мог наткнуться и на лорда Ферингала, и на его свиту. Все было бы проще, если бы удалось поговорить с леди Меральдой наедине.

Однажды после полудня он сидел в ближайшей таверне и наблюдал за перемещениями стражников. Патрулирование проводилось не слишком регулярно, но мост был таким узким, что этого и не требовалось. Но вот по мосту из замка прогрохотала повозка, и Вульфгар поспешно поднялся.

Лиама Вудгейта в коляске не было. Ехал один дворецкий Темигаст.

Вульфгар почесал бороду, взвешивая все возможности, а потом, повинуясь только инстинкту — если бы он задумался, то вряд ли на такое решился, — подхватил Кэлси и выскочил на дорогу, выбрав подходящее место, где смог бы перехватить коляску, но не привлечь внимания стражников или кого-то из прохожих.

— Отойди немного в сторону, добрый торговец, — довольно дружелюбно попросил его Темигаст. — Мне надо продать несколько рисунков, и я хочу попасть на рыночную площадь до захода солнца. Ты же понимаешь, что для человека моего возраста тьма наступает слишком рано.

Вульфгар сбросил капюшон, открыв лицо, и улыбка на лице пожилого дворецкого тотчас растаяла.

— Ты никогда не перестанешь меня удивлять, Вульфгар, — сказал Темигаст.

— Ты хорошо выглядишь, — искренне отметил Вульфгар.

Седые волосы на голове дворецкого немного поредели, но в остальном прошедшие годы пощадили Темигаста.

— А это?.. — спросил Темигаст, кивнув на Кэлси.

— Дочка Меральды.

— Ты с ума сошел? Вульфгар пожал плечами.

— Она должна быть с матерью, — сказал он.

— Этот вопрос был решен три года назад.

— Теперь пора его пересмотреть, — возразил Вульфгар.

Темигаст опустился на сиденье и задумчиво кивнул.

— Мне сказали, что леди Присцилла уехала отсюда, — заметил Вульфгар, и Темигаст не смог удержать улыбку — еще одно подтверждение тому, что Вульфгар правильно оценил дворецкого и тот ненавидел сестру правителя.

— К радости Аукни, — признал Темигаст.

Он закрепил поводья на сиденье и с неожиданной легкостью спустился с коляски, подошел к Вульфгару и протянул руки к Кэлси. Девочка сунула палец в рот и отвернулась, спрятав лицо на плече Вульфгара.

— Застенчивая, — произнес Темигаст. Кэлси украдкой взглянула на него, и дворецкий улыбнулся. — И у нее глаза матери.

— Это удивительный ребенок, и со временем она обязательно превратится в красивую женщину, — отметил Вульфгар. — Но она должна быть с матерью. Я не могу держать ее при себе. Я связан с землей, которая не подходит ребенку. Любому ребенку.

Темигаст окинул его долгим взглядом, очевидно не в силах решить, что он может предпринять.

— Я разделяю твое беспокойство, — сказал ему Вульфгар. — Я никогда не причинял зла леди Меральде и не имею таких намерений и сейчас.

— Но я присягал ее мужу.

— Надо быть законченным глупцом, чтобы отказаться от такого ребенка.

Темигаст помолчал.

— Все это довольно запутанно.

— Только потому, что леди Меральда до него любила другого человека, а Кэлси — живое тому напоминание.

— Кэлси, — повторил Темигаст, девочка еще раз взглянула на него, улыбнулась, и лицо дворецкого просияло. — Хорошее имя для хорошей девочки.

Переведя взгляд на Вульфгара, Темигаст снова стал серьезным.

— Что ты от меня хочешь? — негромко спросил он.

— Проведи нас к Меральде. Дай мне показать, какой красивой стала ее дочь. Она больше не захочет с ней разлучаться.

— А как быть с лордом Ферингалом?

— А стоит ли он твоей любви и преданности? Темигаст помедлил, обдумывая ответ:

— А как же Вульфгар?

Вульфгар пожал плечами, словно это было не важно. Учитывая его обязательства по отношению к Кэлси, это действительно было не важно.

— Если она захочет меня повесить, ей придется…

— Я не об этом, — перебил его Темигаст, кивнув на Кэлси.

Плечи Вульфгара опустились, и он тяжело вздохнул:

— Я знаю, что это правильно. Я знаю, что должен сделать, хоть этот шаг разобьет мне сердце. Но я надеюсь, что рана будет временной и все последующие месяцы и годы я стану утешаться мыслью, что поступил правильно, что дал Кэлси дом и шанс, принадлежащий ей по праву. Я не могу предоставить ей таких возможностей.

Кэлси смотрела на Темигаста и с обворожительной улыбкой следила за каждым его жестом.

— Ты твердо решил? Вульфгар выпрямился.