Сорвавшись с широких перил балкона, он камнем упал вниз и лишь у самой земли расправил крылья, чтобы скользнуть над гранитными плитами двора, почти задевая их поджатыми лапами, а затем взмыть ввысь, наслаждаясь свободой и сильным легким телом, рассекающим воздух. Описав круг над башней, сокол, поблескивая серебристыми перьями, вновь оказался перед балконом. Почти в этот же миг с перил сорвалась еще одна птица. Теперь над башней парили уже два сокола — серебристый и иссиня-черный. Третья птица — белоснежная, с коричневыми головкой и кончиками крыльев — боязливо переминалась с лапы на лапу, то подходя к краю перил и заглядывая вниз, то быстро отпрыгивая назад.

— Не бойся, просто расправь крылья. Остальное произойдет само. — Тихий и в то же время отчетливо слышимый голос действовал успокаивающе. Серебристый сокол, не переставая кружить, спустился ниже и теперь то приближался к балкону, почти задевая его, то вновь отдалялся, чтобы несколько мгновений спустя снова вернуться.

— Я никогда не летала, Шиннара. Я не знаю как…

— Не бойся, — снова повторил тот же голос. — Это самое главное.

Белый сокол осторожно развел крылья в стороны и чуть склонил набок голову, но все еще не решался сделать последний шаг, отделяющий его от бездны.

— Ронна, скорее! — неожиданно резко выкрикнул Шиннара. Птица, вздрогнув, взмахнула крыльями и сильно оттолкнулась лапами от перил. Послышался испуганный вскрик, который почти сразу сменился восторженным и чуть сдерживаемым смехом. Сокол несколько раз изящно и вместе с тем неуклюже описал несколько кругов, пока взмахи его крыльев не обрели уверенность.

— Шиннара, это потрясающе! — воскликнула Ронна, и в ее голосе звучал неподдельный восторг. — Это так красиво, я никогда не испытывала ничего подобного. Я так всем вам завидую…

— Облети-ка замок, сестренка, — весело крикнул Шаур. — Посмотрим, что ты тогда скажешь.

Ронна не заставила просить себя дважды. Поднявшись повыше, она принялась кружить над самым высоким шпилем, постепенно увеличивая радиус полета. От былой неуверенности и неуклюжести не осталось и следа: Ронна будто бы провела в обличье птицы всю жизнь.

Шиннара и Шаур терпеливо ждали, пока она насладится открывающимся с высоты видом. Никто из них не торопил сестру, позволяя ей в полной мере оценить те возможности, которые подарили ей брат и отец, ведь без них она никогда бы не осмелилась взмыть в небо.

— Как тебе мой подарок, Ронна? — крикнул Шиннара, когда белый сокол наконец приблизился к ним.

— Я никогда не забуду этого, — призналась она и рассмеялась.

Не произнеся больше ни слова, Шиннара заложил плавный вираж и понесся в сторону небольшой рощицы, одиноко стоящей посреди бескрайнего поля. За ним последовал Шаур, и лишь Ронна слегка замешкалась, однако быстро нагнала братьев: те нарочно придерживали быстроту своего полета. Шиннара старался не упускать сестру из виду, он хоть и не сомневался в ее способностях, но не переставал беспокоиться: все-таки она летала впервые.

Солнце уже катилось к горизонту, но никого это особо не беспокоило: ночная охота была гораздо интереснее, чем дневная. Именно поэтому Шиннара и отправился в полет во второй половине дня, решив задержаться до утра. За это время вполне можно было выследить какое-нибудь животное и вдоволь натешиться, гоняя его по полю и не давая скрыться. Если попадался выносливый зверь, охоту можно было растянуть и на сутки, и даже на двое: совсем не обязательно сразу разделаться с жертвой — пропадает весь интерес. Конечно, Шиннара сегодня не намеревался проделывать это — времени у них было только на быструю, но интересную ловлю. А для начала нужно было выследить зверя.

Как ни странно, но в этот раз отличился Шаур. Мальчишка был искренне доволен собой и торжествовал, не скрывая охвативших его чувств. Еще бы, раньше он никогда первым не находил подходящую жертву — это была привилегия взрослых. Шаур даже подозревал, что брат втайне позавидовал ему.

Нынешней жертвой оказался молодой заяц. Темно-серая, будто грязная, шерстка покрывала его тельце, белыми были только пятно вокруг глаза да еще кончик хвоста. Угрозу он заметил не сразу. Шиннара, Ронна и Шаур некоторое время покружили высоко над ним, решая, как следует поступить. Белому соколу не терпелось начать поскорее, однако серебристый внушил, что торопиться не следует, для начала нужно хорошенько осмотреть местность. Не мешало выяснить, есть ли поблизости еще зверье: один-единственный заяц — это еще далеко не полноценное развлечение. Вот если бы их было пять…

— Шиннара!

Серебристый сокол услышал полный азарта крик и, завершив круг, поглядел на то, что происходит.

Шаур, сложив крылья, камнем летел вниз, с каждым мгновением падая все быстрее и быстрее. Заяц наконец-то заметил угрозу и резко сорвался с места, стремясь как можно скорее покинуть открытое место. Шиннара раздосадовано выругался про себя. Кто просил его начинать травлю? Ведь Ронне даже не успели толком объяснить, что и как следует делать во время охоты. Она знала об этом лишь с чужих слов, из рассказов отца и братьев, но то были лишь полные эмоций беседы и обсуждения, на самом же деле охота — это не только развлечение, но и определенный риск и даже труд. В соколиной охоте много премудростей, которые трудно освоить за один раз.