По специальности Сьюзен была медсестрой, однако она уже давно оставила работу. Виной тому были, однако, не пациенты, а все тот же дремучий формализм и беспросветный бюрократизм больничного начальства, с которым Сьюзен не могла мириться. Природа наградила ее независимым, гордым умом и крепким телосложением прусской крестьянки. Прямые светло-русые волосы до плеч обрамляли круглое миловидное лицо, с которого не сходила приветливая улыбка. Ходила Сьюзен преимущественно в джинсовой юбке и клетчатой ковбойке с закатанными рукавами, поэтому, когда Тома выбирали мэром, жители (и особенно жительницы) Оканогган-Лип могли быть уверены: жена нового градоначальника не станет навязывать им свои вкусы по части мод.

Капитан Гротон приехал в точно назначенное время в машине с тонированными стеклами. За рулем сидел, очевидно, кто-то из солдат; салона он не покинул, а остался ждать начальника внутри. Том, встречавший гостя на крыльце, нервничал и украдкой бросал быстрые взгляды вдоль улицы. Когда оба прошли в гостиную, Сьюзен появилась из кухни, держа в одной руке бутылку вина, а в другой - три бокала на тонких, высоких ножках.

–  Глоток вина, капитан?
– спросила она. Капитан Гротон заколебался.

–  Если это принято… К сожалению, я не очень хорошо знаком с вашими обычаями, касающимися совместного приема пищи. Я знаю только, что их много и они довольно сложны.

–  Это ферментированный ягодный сок, который оказывает легкое опьяняющее действие, - объяснила Сьюзен, наливая немного вина в его бокал.
– Люди пьют вино, чтобы чуточку расслабиться.

Гротон осторожно взял бокал, и Сьюзен увидела, какие у него короткие, толстые пальцы. Не пальцы, а просто какие-то культяпки. К счастью, работая медсестрой, она научилась испытывать сострадание даже к самым уродливым пациентам. Сейчас ей пришлось прибегнуть к этой своей способности.

–  Ваше здоровье, - сказала она, поднимая бокал.

Послышался хруст, и ножка капитанова бокала переломилась пополам. Гротон попытался поймать осколки, и вино выплеснулось ему на руку.

–  Прошу прощения, - пробормотал он.
– Я не ожидал, что этот сосуд настолько хрупок.

–  Ерунда, не обращайте внимания, - проговорила Сьюзен, забирая у него осколки и передавая Тому.
– Вы не порезались?

–  Нет, я не… - не договорив, капитан Гротон уставился на свою руку. Его лопатообразную ладонь пересекала тонкая кровавая линия.

–  Позвольте, я этим займусь… - Взяв капитана за здоровую руку, Сьюзен повела его в ванную. Промокнув рану марлевым тампоном, она вдруг сообразила, что Гротона не передернуло от ее прикосновения как в первый раз, и мысленно улыбнулась своей маленькой победе. Однако стоило ей достать бактерицидный аэрозоль, как гость отпрянул и даже спрятал раненую руку за спину.

–  Что это такое?
– подозрительно осведомился он.

–  Дезинфицирующее лекарство, - ответила Сьюзен.
– Чтобы предотвратить нагноение. Оно на спиртовой основе, так что…

–  О-о!..
– проговорил капитан.
– Я думал, это вода…

Сьюзен обработала его руку и стала перевязывать. Капитан с любопытством оглядывался по сторонам.

–  Что это за помещение?
– спросил он.
– Для чего оно?

–  Это ванная комната, - объяснила Сьюзен.
– Здесь мы, гм-м… моемся, чистимся и так далее. Вот туалет… - Она подняла крышку унитаза, и капитан Гротон попятился, не сумев скрыть отвращения.

Сьюзен рассмеялась.

–  Здесь все очень чисто. Честное слово!

–  Но там внутри - вода, - брезгливо заметил Гротон.

–  Она же не грязная! Во всяком случае - не сейчас.

–  Вода не может быть чистой, - убежденно возразил пришелец.
– В одной крошечной капле полным-полно бактерий - возбудителей сотен опасных болезней, но вы, люди, относитесь к воде без всякой осторожности. Вы разрешаете своим детям играть в ней. Вы ее пьете! Впрочем, вы, вероятно, привыкли к этому, раз вам приходится жить на планете, где буквально все пропитано водой. У вас она даже падает с неба. Укрыться от нее невозможно, так что у людей, по-видимому, просто нет другого выхода.

Пораженная подобным отношением к влаге, Сьюзен сказала:

–  Должно быть, вам не слишком приятно находиться на Земле. А на что похожа ваша планета?

–  Там очень сухо, - последовал ответ.
– Ее поверхность покрывают мили и мили горячего, чистого песка, как в вашей Сахаре. К сожалению, никто из вас, людей, не живет в этой пустыне, даже в оазисах, поэтому нам там тоже нечего делать.

–  Но как же… Ведь вы должны пить, хотя бы иногда! Насколько я успела узнать, ваш метаболизм не сильно отличается от нашего. В противном случае вы не смогли бы есть нашу пищу.