Уже и сама не знаю, привычка ли это или потребность. Сейчас в ходу весьма точное название – образ жизни.

Вот и тогда в полном соответствии с моим обожаемым – обратите внимание, кавычки я не поставила – образом жизни зазвонил телефон, и в трубке раздался голос немолодой женщины:

– Доктор – это вы? Здравствуйте!

– И вам того же! – ответствовала я, насторожившись в ожидании, что последует за общепринятыми фразами начала разговора.

– Вы не смогли бы к нам сегодня заглянуть? У нас не получается подстричь когти нашему Снежку!

– Но это же такое простое мероприятие, – начала было я нравоучения, но вовремя прикусила язык, сообразив, что старый человек вполне может растеряться даже от несложного действа. В душе хотелось бы чего-то посерьезнее, как ни кощунственно это звучит. Но когти так когти!

– Диктуйте адрес, пожалуйста! Я буду ближе к вечеру!

– Ой, хорошо! Как раз все соберутся! Ждем вас! – И трубка дала отбой.

Но отбой в трубке не остановил моего, уже ставшего привычным брюзжания по поводу беспомощности некоторых владельцев, которые по ерундовому поводу норовят поднимать бурю в стакане воды. Подстричь когти, почистить уши, наконец, правильно расчесать собаку – все-то у них проблемы! Хоть ликбез организовывай! А самим даже прочитать что-то по этому поводу лень. Температуру тела до сих пор по носу определяют! Добро бы справочный материал отсутствовал! Так ведь нет, полно его, разжеванного до уровня первого класса, – только проглотить осталось, так и этого не могут! Господи! Ну куда мы катимся? Так или что-то в этом роде бормотала я по инерции, опустив трубку на рычаг.

Муж с интересом слушал мои причитания. К ним он давно привык. Но ждал на самом деле лишь удобного момента, чтобы вмешаться однойединственной меткой фразой или подходящим анекдотом. Сочтя, что он – этот момент – наступил, он глубокомысленно изрек:

– Помнится, что-то там было с водой в стеклоочистителе? Может, напомнишь?

– Э… – собственно, моего ответа и не требовалось.

Был такой случай, когда в дороге у меня в машине закончилась вода в бачке стеклоочистительной жидкости. Была поздняя осень, и, конечно, шел омерзительный мелкий дождь. Без воды ехать было просто невозможно, стекла через двадцать– тридцать метров становились черными от дорожной грязи. И была ведь в салоне бутылка с водой, но я не знала, куда ее заливать. Пришлось заехать на станцию техобслуживания, где все присутствующие сложились пополам, выслушав мою просьбу. С тех пор прошло несколько лет, но на этой станции меня до сих пор не забыли.

Убедившись, что ядовитая стрела точно достигла цели и я без его помощи уже связала свои причитания по поводу невежества некоторых владельцев с водой в стеклоочистителе моей машины, муж, надо думать, в хорошем настроении отправился на работу. Один – ноль в его пользу!

Собственно, и мне пора было собираться. Предстоял обычный рабочий день, обычный амбулаторный прием, полный неожиданностей…

Ближе к вечеру я отправилась по записанному утром адресу. От лечебницы туда добираться было далековато, а главное – доехать не на чем. Либо делать три пересадки, либо плюнуть на ненавязчивый общественный сервис и идти пешком. Я выбрала последнее и устало побрела в заданном направлении, на всякий случай еще раз проверив, не забыла ли я когтерезку.

В сумерках пришлось немного поплутать в поисках нужного дома на темной, плохо освещенной улице, но в конце концов я позвонила в нужную квартиру. Дверь открыла седая женщина лет шестидесяти, с приятным интеллигентным лицом. В глубине коридорчика за ее спиной приветливо улыбалась еще одна, такая же седая и очень похожая на первую. Как потом выяснилось, они – сестры. Одна учительница русского языка в школе, другая – врач.

– А мы уже боялись, что вы не придете! – сказала одна из них, скорее для того, чтобы как-то начать разговор. – Проходите в комнату, наш больной ждет вас там.

– Ну какая это болезнь? Вот важность – когти отрасли? Минутное дело, только собачку подержать придется, – говорила я, направляясь в комнату.

В довольно большой комнате, застеленной темно-бордовым паласом, вся мебель стояла вдоль стен, даже обеденный стол. А в центре лежало несколько красивых ярких подушек, по форме напоминавших нечто среднее между настоящей подушкой и ковриком. На одной из них царственно возлежал болонез с отлично расчесанной, длинной, слегка кремовой шерстью. Глаза были плохо видны из-за шерсти, чернел только нос, да розовый язык мелко вздрагивал в приоткрытой пасти.

Опустившись перед ним на колени, я потрепала его за ухом и сказала:

– Привет, малыш! Ну-ка покажи свои лапки! – на что он вежливо и весело застучал хвостом по своему ложу, но не попытался встать.

Раздвинув шерсть на одной лапе, я чуть не ахнула. Огромные, загнутые в кольцо и почти вросшие в подушечки лап когти так не вязались с холеным видом собаки, что я в недоумении оглянулась на хозяек. Нужно очень постараться, чтобы отрастить такие. Меня хорошо поймут любительницы маникюра, они-то знают, сколько времени понадобится на выращивание этой обольстительной атрибутики, да и то сказать – чаще, чтобы не мучиться, накладывают искусственные или наращивают немыслимыми способами. А тут на тебе!

– Он, что ли, совсем по асфальту не ходит? – спросила я.

Обычно собаки, много и подолгу гуляющие по асфальту, самостоятельно поддерживают необходимую длину когтей.

– Он вообще не ходит.

– ?!

– Да. Он не может ходить. Вот уже год, как у него парализованы все четыре лапы, – как-то очень буднично и без особого надрыва ответили на мой немой вопрос хозяйки.

Я немного помолчала, переваривая информацию, но увиденное и услышанное меня не отпускало, я не смогла не продолжить расспросы. Увидев мою заинтересованность, женщины охотно и подробно рассказали все с самого начала.