— Видимо, они оказались более живучи, что наглядно опровергает твои домыслы, Кархи.

— Ни-че-го подобного. — покачал головой Кархи. — Просто хозяин в конце сезона устраивает торги.

— И совершенно правильно делает, — кивнул Арсак. — Так поступают все владельцы школ в Ирремеле. Кому выгодно просто так кормить столько народа весь Холодный Сезон?

— А на торгах в первую очередь скупаются быстрые и юркие легковесы, — победоносно ухмыльнулся Кархи. — И приезжают за ними из Шарьи и Кэлла.

— И что?

— А ничего. Как раз именно с легковесами нам и предстоит встретиться в этом сезоне на арене Шарьи. Поэтому я был против того, чтобы хозяин разбивал сработавшуюся восьмерку, — выигравшую, кстати, без потерь два боя в Кунгее, — и пополнял чуть не проигравших тяжеловесов.

— Но он верит в своих ветеранов...

— Так кто ему мешает прикупить пару таких же бугаев в том же Кунгее? Я сам могу назвать две-три школы, где с удовольствием заработают на этой сделке. Тогда мы могли бы выставить две полноценные восьмерки.

— Надо будет намекнуть об этом хозяину, — задумчиво произнес Арсак.

— Да он скупой, как зангарский эрл, — сплюнул себе под ноги Кархи. — За лишний медяк удавится.

Арсак, прищурившись, оценил состояние Кархи. Видимо, старик дозрел. Иначе не позволил бы себе таких рискованных заявлений в отношении Мегида. Пора было приступать к главному, ради чего он, собственно, и организовал эту встречу.

— Вижу, глубокоуважаемый наставник, — произнес он, подливая Кархи вина, — что ты действительно намного лучше хозяина разбираешься в боях на арене...

— Да я сам прошел не один десяток боев, — хвастливо заявил Кархи. — И, как видишь, цел и невредим.

— Тогда не скажешь ли ты мне, почтенный, — продолжил Арсак, — почему восьмерка «желторотых» на арене ведет себя не всегда так, как ты их учишь?

— Как это «не так»? — нахмурился Кархи.

— Ты их учишь, насколько я могу уразуметь, бою два на два, четыре на четыре. На арене же...

— А, ты об этом! — прервал его Кархи. — Так тут воду мутит этот шелт. Я видел, как перед боем он шепчется с Дигом и Немым. Но я пока закрывал на это глаза. Шелты, как ты знаешь, непревзойденные воины. Пусть немного развлечется. Но то, что позволено в провинции, не пройдет в столице. Я как раз сегодня намеревался серьезно побеседовать на эту тему со старшим восьмерки Дигом и шелтом...

— Я думаю, тебе лучше отложить разговор на завтра. — Арсак долил остатки вина в чашу Кархи. — Сегодня мы с тобой уже имели серьезную беседу, — он многозначительно кивнул в ту сторону, где располагались покои Мегида, — и заслужили небольшой отдых...

— Ты прав. — Кархи допил вино и с кряхтением поднялся. — Пойду-ка я прилягу ненадолго.

— Полностью разделяю твое желание. — Арсак проводил чуть пошатывающегося наставника до дверей его комнаты.

— А вот я уверен совершенно в обратном, — прошептал надсмотрщик закрывшейся за Кархи двери. — Тут главную скрипку играет отнюдь не Диг и даже не шелт...

Он вышел во двор и подозвал к себе одного из охранников.

— Приведи-ка старшего «желторотой» восьмерки, — приказал Арсак. — Мне надо с ним поговорить.

— Слушаюсь, — кивнул охранник и направился к баракам рабов.

— Да не забудь надеть на раба кандалы! — крикнул ему вслед надсмотрщик. — Мне не улыбается получить от него чем-нибудь по голове.

Шарья. Арена

— Ну что? — сквозь зубы произнес Диг. Его голос бил еле слышен в то нарастающем, то спадающем шуме забитых до отказа зрителями трибун.

Они стояли, как всегда, выстроившись в неровную цепочку на желтом песке, и ждали сигнала распорядителя боев. Напротив стояла точно такая же цепочка аренных рабов. Кархи оказался, как всегда, прав. Среди противников не было ни одного тяжеловеса. Все они были вооружены легкими, длинными и узкими мечами, которыми так удобно наносить колющие удары в щели доспехов. Одеты бойцы были в кольчужные рубахи, опускающиеся на ладонь ниже пояса, дополняли кольчуги островерхие шлемы без забрала и легкие наплечники. На ногах у них были штаны из грубой кожи, заправленные в высокие, до колен, сапоги. Щитами эти бойцы, видимо, не привыкли пользоваться. Зато за каждым голенищем у них торчали рукояти ножей или кинжалов.

— Нет, — мотнул головой Кир. — Это не Зиальг и не Кунгей. Среди них нет никого, кто хотя бы немного нас опасался. Наоборот, я чувствую легкое презрение. Они уверены, что перед ними щенки, с которыми удастся справиться без труда.

— Щас мы им покажем щенков! — фыркнул Диг.

В этот момент раздался гонг, и противники начали сходиться. Когда до противоположной шеренги оставалось около десяти шагов, те вдруг выдернули из-за голенищ кинжалы и метнули их в цепочку Кира. Придушено рявкнул Диг. Он, как самый здоровый, не успел увернуться, и кинжал угодил ему в плечо. Остальные сумели избежать встреч со смертельными подарками. Джоли так просто отбил летящий в его сторону клинок.