И не было ничего прекраснее. Солнце. Серфинг. Мужчина.

А потом сказке, как и всему хорошему, подошел конец.

В понедельник утром, во время обратного полета в Уэст-Палм, когда Нэт отправился в кабину пилота и о чем-то переговаривался с ним, Рейчел, рассеянно листая журнал, погрузилась в раздумья. Неважно, что Нэт так вежлив, весел, добр, внимателен и иногда смотрит на нее так, словно она единственная женщина на свете. Неважно, что занятие любовью с ним выходило за рамки обыкновенных физических отношений.

Нужно иметь мужество и признаться, что их совместно проведенный уикенд — всего лишь миг, украденный у времени, который скоро окончится, и Нэт уйдет навсегда. Нельзя забывать, что она, Рейчел, очередная в длинном ряду женщин, завоеванных им и получивших одноразовый билет в рай.

Рай.

А реальность такова: или Нэт оставит ее, или она оттолкнет его первой. И, как бы то ни было, она ни за что не позволит ему похитить ее сердце.

— Итак, — задумчиво произнес Тони, сидя вместе с Нэтом за столиком в углу бара серф-клуба в Майами-Бич поздним вечером понедельника, — дело всегда или в машинах, или в деньгах, или в женщинах.

Нахмурив брови, Нэт рассматривал брата. Нэт походил на мать, Тони являлся точной копией отца. Светлокожий, темноволосый, с властными манерами.

— Что? Я не могу пригласить брата пропустить стаканчик на ночь без веского мотива?

— Можешь, конечно, но ты никогда не делаешь этого просто так. Уже давно.

Удивленно глядя в стакан скотча с кубиками льда, Нэт рассеянно водил большим пальцем по стеклянной поверхности. Тихая джазовая мелодия доносилась из угла, где сидел пианист, а воздух закрытого для не членов клуба бара пропах дорогими кубинскими сигарами.

— Да, — наконец согласился Нэт, глядя брату в лицо, — это тянется давно.

Тони лишь кивнул, поднося к губам свой стакан скотча.

— Так в чем же дело, братишка?

Нэт смотрел поверх плеча Тони, изучая зеркальную стену и разноцветные бутылки над стойкой бара.

— Как ты понял, что чувство к Тиа — это любовь?

Тони откинулся на спинку стула и пронзил Нэта острым взглядом:

— Что ты имеешь в виду? Как я понял, что я люблю ее, или как понял, что ее любишь ты.

— Ты знал? Ты все знал?

— Знал ли я, что ты влюблен в мою жену? Конечно.

Нэт судорожно вдохнул. Сделал глубокий выдох.

— Ты никогда не просил меня уйти с дороги. Почему?

Тони пожал плечами, зеркально повторив жест брата.

— Потому что всегда знал, что Тиа выберет меня…

— Подожди. Тиа тоже знает? — Нэт почувствовал, что сейчас провалится под пол вместе со стулом.

Тони пожал плечами, что означало: «Боюсь, что да». Глядя перед собой, он закончил:

— …и я предпочитал не заговаривать на данную тему, поскольку ты и сам, вероятно, понимал и понимаешь, что не любил ее по-настоящему.

Нэт устремил на брата долгий тяжелый взгляд.

— Тогда какого дьявола ты не открывал мне столь драгоценную мудрость?

— Почему я не объяснил тебе, что ты в действительности не любил ее? Это привело бы к чему-нибудь хорошему? — Тони шумно фыркнул. — Черт возьми! Во-первых, ты бы мне не поверил. Во-вторых, почувствовал бы себя убитым и страдал бы еще больше. И в-третьих, я знал, что в один прекрасный день ты сам все поймешь. Судя по твоему лицу, этот день наконец настал. Или что-то другое заставило тебя перелистнуть страницу.

Или что-то другое заставило перелистнуть страницу, подумал Нэт в полной растерянности. Целый день мысли его неотступно вращались вокруг Рейчел. А сейчас брат сообщает, что все знал о его чувствах к его жене. И что чувства эти не были настоящими.

Опрокинув скотч одним глотком, Нэт поднял стакан и, позвенев кубиками льда, подал сигнал бармену.

— Я в полном смущении, — признался он, кивком благодаря официанта и ловя себя на ощущении, что брата сложившаяся ситуация даже развлекает. — Как забавно. Я клоун. Посмешище.

Тони ухмыльнулся.

— С такой высоты всегда падать больно. Нет ничего занимательнее, чем донжуан в положении дебютанта.

— Всегда к вашим услугам. — Нэт почесал затылок. — Кажется, я напьюсь.

— Может, это пойдет тебе на пользу. Как гласит старая пословица: ничто не усмиряет лучше, чем виселица, и ничто не заставляет мужчину так напиваться, как женщина. Стало быть, дело в неуловимой Рейчел?

Нэт, насупившись, смотрел в стакан.

— Но я ведь любил Тиа все это время, и только сейчас… только… дьявол, что же произошло со мной сейчас?