За мной идут. Я слышу шаги бошей в тюремном коридоре.

По правде говоря, в моем мужестве нет заслуги. Потому что после меня останетесь жить вы. Потом вам придется какое-то время жить без меня. Простите, если это будут трудные для вас годы. Но я жду вас. Мы воссоединимся и снова будем счастливы. Я люблю вас. Прощайте.

22 февраля. Парижская тюрьма Фрон. 1942 год".

Она выронила письмо. По щеке скользнула слеза и затерялась в глубоких морщинах. Графиня прикрыла тяжелыми веками глаза. На устах ее появилась улыбка.

...За час до этого момента улыбка блуждала на губах молодого человека среднего роста, спортивного телосложения, с невыразительным лицом, пившего «кофе-эспрессо», сидя за одним из традиционно выставляемых четырех столиков на тротуаре возле кафе «Дё Маго». Места было достаточно, чтобы поставить вдвое больше. Но владелец кафе считал свое заведение элитарным и потому не стремился к расширению круга постоянных посетителей.

Этот парень, пивший уже третью чашку «эспрессо» с одним рогаликом и слишком много куривший для современного человека, владельцу «Дё Маго» Жюлю Лепелетье сразу не понравился. Однако каких-либо оснований попросить посетителя покинуть столик у Жюля не было.

Наконец в кармане посетителя мяукнул мобильный телефон. Он быстро выхватил его и приставил к уху. Разговор был короткий.

Парень небрежно бросил на столик синюю с золотой полоской бумажку в 50 франков, легко поднялся из-за столика и, не оборачиваясь, направился вниз по улице Де ла Монтань Сент-Женевьев.

У старого трехэтажного жилого дома он остановился. Оглянулся. Улица была пуста. И только на самом верху улочки у столика кафе «Дё Маго» стоял подбоченясь Жюль Лепелетье и смотрел в его сторону.

Парень с невыразительным лицом помахал ему рукой, развернулся и спустился еще метров на десять вниз по ступеням улицы.

Когда он обернулся во второй раз, у столика кафе «Дё Маго» уже никого не было. И вообще улочка в эту минуту была абсолютно пуста. Он внимательно оглядел окна нескольких жилых домов, выходивших на Де ла Монтань Сент-Женевьев. Жалюзи надежно закрывали внутренности квартир от июньской духоты и пыли. Никого.

Он вернулся чуть выше, остановился перед трехэтажным жилым домом постройки конца ХVIII века, еще раз огляделся, отмычкой открыл парадную дверь, стараясь не побеспокоить консьержку. Поднялся на второй — элитный — бельэтаж, и на мгновение остановился перед нужной дверью, чутко прислушиваясь к тому, что происходит за ней.

За дверью было тихо. Из квартиры напротив слышалось неразборчивое бормотание французского спортивного комментатора. Шел матч между «Барселоной» и «Реалом». Побеждала «Барселона». Комментатор так радовался этому обстоятельству, словно побеждали французы, а не выигрывали одни испанцы у других. Парень не был большим знатоком истории и географии и не знал, что испанцы и баски — это две большие разницы.

Он был специалистом по другой части. Он был киллером.

Поковыряв в замке сложной отмычкой и с удивлением убедившись, что у него ничего не получается, он, вновь затаив дыхание, прислушался.

Товарищеский матч накануне Суперкубка Европы между мадридским «Реалом» и «Барселоной» из Каталонии закончился победой басков со счетом 3:2.

Воспользовавшись шумом барселонского стадиона, разносимым телевизионными приемниками парижских футбольных болельщиков, парень приставил к замочной скважине небольшую металлическую коробочку, тут же издавшую тонкий писк. Писк, впрочем, этот никто не услышал, поскольку рев болельщиков «Барсы» в далекой Каталонии перекрыл все другие бытовые звуки в большей части Европы.

По результатам товарищеских матчей опытные болельщики, участники футбольных тотализаторов, составляли свои, оберегаемые от посторонних глаз и ушей, прогнозы развития событий в Суперкубке Европы.

Точно предсказав победителя финала, а тем более счет, можно было выиграть целое состояние.

Выигрыш зависел от того, в какой «Тото» вы играете: были «Тото» для бедняков, для среднего класса, для богачей и для магнатов.

Ставки там очень отличались друг от друга.

И парень об этом слышал. Но он не был футбольным болельщиком. Его профессия поглощала все силы и время, не оставляя места для хобби. Впрочем, его профессия для него давно стала хобби, приносящим хорошие деньги.

Задача, поставленная перед ним по телефону голосом незнакомого ему человека, измененным к тому же декодером, была проста: убрать жильцов этой квартиры. Бесшумно. И без следов. Это он делать умел. Пистолет с глушителем не производил ровно никакого шума. Что же касается следов, то и тут многолетний опыт позволит не оставлять зацепок полиции.

Писк в приборчике сошел на нет. Разблокировав электронную охрану, приборчик выполнил свою функцию и исчез во внутреннем кармане куртки паренька с незаметным лицом. Конечно, куртка в такую жару, даже светлая, полотняная, — помеха, зато глубокие карманы — большое удобство. Во втором ее внутреннем кармане находилась «беретта» с глушителем, которую парень и вынул, войдя в пахнущую пачулями и старушечьими румянами прихожую.