— Туда! — Баюн махнул в сторону постамента. Он поддерживал ведьму. Она уже немного пришла в себя.

— Зачем? — Птах никак не мог отдышаться, — а где Кащей? — Кот не услышал его.

Они перебирались через груды мертвых тел — женщин всех возрастов и рас, убитых и замученных самыми зверскими способами. Людмила не могла сдерживать рвотные позывы. От запаха свежей крови кружилась голова. От вида смерти мутилось в глазах. Хотелось лечь рядом с ними и не вставать больше, но кот всё толкал её вперед, тащил, когда она упиралась, кусая и царапая когтями кожу через плотную ткань дорожных штанов, пока они не добрались до ступеней. Здесь Баюн дал ей мгновение передышки: — "Только не оборачивайся!" и заставил взобраться наверх. Отсюда Людмила увидела: меч, как воплощенное возмездие, иссекал на мелкие частички то, что было тайной силой Кащея. "Сколько же их… Теперь это останется только в памяти людской, а вскоре изгладится и из нее, оставшись жить в сказках и преданиях о бессмертном злодее" — слезы подступали к горлу.

— Помоги! Чего встала? — кот и бесенок толкали массивный престол, стараясь сдвинуть его с места. Ведьма нажала плечом рядом. Трон поехал в сторону, открывая узкий лаз в подземелье. Бесенок лихо сиганул вниз, Людмила полезла за ним. Кот прыгнул следом, за что-то зацепив хвостом. Щелкнула скрытая пружина, и слабое пятно света над головами сменилось кромешной тьмой.

Бежали долго. Каменный пол тоннеля закончился довольно скоро, теперь под ноги то и дело попадались кочки да топкие лужи. Птах бежал впереди, еле слышно цокая копытцами, а Людмила еле плелась, спотыкаясь о невидимые в темноте корни, брезгливо отбрасывала в сторону липкие завесы паутины. Баюн заботливо поддерживал, когда ведьма опускалась на колени с единственным желанием лечь на землю и больше не вставать. Никогда.

"Годы, годы, будь они неладны… Это только кажется, что и не жила вовсе, а силы уже не те… Да и Кащей порядком высосал, непонятно, как умудрились вообще живыми уйти?".

— Баюн, — голос в темноте прозвучал неожиданно громко, эхом отозвался издалека. Людмила перешла на шепот. Кот и так услышит. — Почему ты остался? Ты же мог уйти?

— Смотри, — совсем невпопад ответил котофей, — кажется, выбрались. Светлее стало, да и посвежело.

В затхлый воздух тоннеля действительно ворвалась струя свежего воздуха, напоенная лесными ароматами. Даже Людмила различила будоражащий запах чабреца и полыни. Баюн засуетился, кинулся вперед, вернулся и принялся подталкивать ведьму вперед с удвоенной энергией.

— Брось, комиссар, — засмеялась она, — не донесешь.

Удивительное чувство, сродни эйфории, накатило на нее.

— Конечно, не донесу, — не понял шутки котофей, — ты тяжелая, так что топай ножками.

— Там выход, в настоящий лес, — сообщил вернувшийся бесенок, — далеко ушли.

Вскоре Людмила протиснулась в узкую щель и, чуть не плача от радости, свалилась рядом с огромным, в три обхвата, дубом. Он, словно страж, стоял на самом краю леса, широко раскинув ветви, а от него вдаль, насколько хватало взгляда, тянулся заросший разнотравьем луг.

Птах тут же унесся куда-то, за ним испарился и котофей, оставив ведьму восстанавливать силы в одиночестве.

"Странно, шли к замку чуть ли не три дня, а тут, — она, взглянув на поднимающееся солнце, прикинула время, — остатка вечера и ночи хватило на все сразу…" — Глаза закрывались сами собой. — Не спи… — приказала себе Людмила, но под безмятежное перешептывание листьев над головой и мелодичный посвист пеночки не заметила, как погрузилась в сон.

Проснулась она от своего оглушительно «апчхи» и увидела темную тень, заполошно метнувшуюся в сторону. С пальцев ведьмы вслед ей сорвалась вяловатая молния. Она не продержалась и мгновения, но и этого хватило, чтобы тень возмущенно мяукнула:

— Ай, я же говорил, она всегда начеку, а ты — пощекочи, пощекочи, быстрей проснется…

Бесенок убежал за дерево и довольно похрюкивал за ним.

— Но я рад, что ты окончательно пришла в себя, — Баюн присел рядом, заглядывая в лицо.

— Не совсем… но уже лучше. По крайней мере, не ощущаю себя еле-еле душа в теле. Ох… — она с трудом уселась, опираясь о ствол дуба.

— Ну что, выбрались? — из-за ствола выбралась непонятная тварь, заросшая длинной гладкой шерстью с головы до пят, и деловито спросила: — Пошли?

— А это ещё что? — удивилась Людмила.

— Ендарь, — выглянул из-за спины существа Птах, — он в лесу живет, в дубовых листьях гнездо вьет.

— А куда он нас зовет? — подозрительно разглядывала волосатика ведьма. Тот невинно хлопал круглыми зелеными глазищами. Кроме глаз, что-либо разглядеть было затруднительно — непонятно что: и не зверь, и не птица.

— А его Леший просил нас домой проводит, ежели что… — слово в слово повторил котофей то, что услышал от ендаря в замке.

— Дорогу мы и так найдем, без чужой помощи, — тихонько пробормотала ведьма, — лишь бы никто не мешал по пути. — А громче проговорила: — Мы ещё здесь побудем, отдохнем…

— Ну, как хотите, — Ендарь мощно оттолкнулся задними лапами и, как заяц, скакнул в кусты. Они беззвучно раздвинулись, пропуская существо, и так же тихо сомкнулись следом.

— Эк он, — только крякнул Баюн, — лихо. Будто и не было никого только что рядом. А что ты отказалась от помощи, все ж быстрее отсюда ушли?