— А блогер и есть парень училки, — объяснил я.

— Ах вот оно что… — помотал головой Пётр Алексеевич. — Смотри, какой козёл, а? Хитрожопый. Но ничего, как говорил наш командир взвода в учебке, на самую хитро закрученную задницу найдётся отвёртка.

— Найдётся, — согласился я. — Это закон жизни. Один из основополагающих.

Наравне с тем, что смешно бывает только первые пятьдесят раз и с основным правилом трындеца, которое гласит, что трындец всегда подкрадывается незаметно.

— Ну ладно, я ему не буду говорить, что видел видос, сам разбирайся. Меня чисто наркота интересует. Ясно?

— Разберусь…

— Разберётся он… Программка наша незаметная, её хрен найдёшь на телефоне. Она притворяется какой-то там служебной утилитой. Мне программист объяснял, да я забыл. Но дело в том, что Шалаев, когда мы его отпустим, сразу свой телефон что? Правильно, сбросит к заводским настройкам. Или вообще девайс поменяет. А это значит, что придётся твоему спецу снова заморочиться и поставить нашу суперпрогу теперь уже и Мэту, и Князю.

— Блин, я так его не застращаю, — усмехнулся я. — Придётся вам подключаться.

— Нет, друг ситный, исхитрись сам. Мы в этом деле светиться не будем. Кто у нас агент — ты или я?

— Щеглов захочет заполучить вашего агента. Будет требовать меня рассекретить.

— Соображаешь, — хмыкнул Пётр. — Шаришь, брат. Молодец. Но я тебя не сдам, не кипишуй. Пока, по крайней мере. Пока ты будешь делать то, что я говорю. Понимаешь? Хочу, чтобы ты это запомнил очень и очень крепко. Я из-за твоих бредовых идей так огребу, ты даже не представляешь. Месяц на жопе сидеть не смогу. Минимум. А это значит, что и тебе тоже придётся испытать трудности и лишения. Вот так, брат.

— Ладно вы, вам зарплату платят, — усмехнулся я. — Неплохую даже, не то что раньше. А я-то получается, бесплатно подставляюсь. Чисто из любви к справедливости.

— Ой, помолчи, а? Зарплату нашёл, тоже мне. Я тоже чисто за идею вкалываю. Но кто-то же должен, разве нет? Ладно, отставить лирику. Я хочу, чтобы ты пообщался с одним человеком.

— С кем? — нахмурился я.

— Он сам тебе расскажет, если сочтёт нужным. Я просто подтверждаю, что он никакой не левый. Конкретный и серьёзный человек. И я хочу, чтобы ты с ним встретился.

— Ну, ладно, — пожал я плечами. — А в качестве кого?

— В качестве Сергея Краснова. А теперь всё, иди. И дурёху там свою забери.

— Вы родакам её ничего не сообщайте. Она вообще не при делах. За мной прибежала. Думала я там развратом занимаюсь.

— Ох, Краснов, а ты прямо Казанова в городе женщин. И школьницы за тобой бегают и училки. И развратом успеваешь заниматься.

— До свидания, Пётр Алексеевич, — хмыкнул я.

— Давай, шуруй.

— А зависть — это порок.

Он схватил со стола карандаш и резко бросил в меня. Я засмеялся. В этот момент открылась дверь и в неё заглянул весёлый мужик лет сорока.

— Петь, — заговорщицки подмигнул он. — Мы тут взяли на экспертизу, как ты сказал. Куда твою коробку?

— А ставь на стул, — как ни в чём не бывало махнул рукой Петя, и мужик занёс коробку с шампанским «Кристалл».

— Кучеряво живёте, Пётр Алексеевич, — усмехнулся я и вышел.

На сердце отлегло. Правда, легко отделался я не просто так, скорее всего. Вероятно, дело было в том человеке, с которым мне предстояло встретиться. И кто он такой можно было только догадываться.

Настя сидела в коридоре, как нашкодивший котёнок. Увидев меня, подскочила, заволновалась, покраснела, испугалась. Детский сад, вторая группа, честное слово. Распекать её у меня не было ни желания, ни настроения.

— Иди сюда, — кивнул я и по-дружески обнял. — Ты как?

Она ничего не ответила, а лишь часто закивала.

— Голова отвалится, — хмыкнул я.

— Красивенький… прости меня, а? — заглянула она мне в глаза. — Ну, пожалуйста. Прости глупую.

Она была зарёванная и жалкая, так что вся моя злость на неё быстро испарилась.

— Ладно, — согласился я.

— Простишь? — жалобно уточнила она.

— Ну, я же сказал, ладно.

— Мог бы и по-другому сказать.

— Как ещё?

— Мог бы сказать, это ты меня прости, Настенька.

— За что ещё? — удивился я и засмеялся.

— За что? За похотливую Алису и за эту ещё, Анжелину свою.

— Так, всё, поехали домой, — покачал я головой и достал телефон, чтобы вызвать такси.