– Верно, – кивнул Сергос. – Без Восхода мы бы получили войну. – Он перевел взгляд с Альбы на Мариса и обратно. – А помимо того, что я не особо горю желанием убивать кого-то, так мы еще зависим от торговли и нас слишком мало. Бить самим без разбора или ждать, пока нас просто закидают живым мясом, – так себе выбор.

Спорить с тем, что легенды о могуществе могут защитить не хуже армий, Альба не собиралась: кто рискнет в открытую напасть на тех, чьи пределы возможностей неизвестны, но явно велики, в то время как сами они кажутся недосягаемыми? К тому же от небожителей, которые двигают горы, гораздо проще стерпеть дерзость и не потерять лицо, чем просто от горстки людей, хоть и обладающих Силой.

– Хорошо, – Альба отбросила назад мешающийся локон, – с князьями все понятно. Но Марис переживает о лжи. Мы могли бы не лгать своим. В конце концов, при посвящении все дают клятву хранить тайны Мистериса. Тайной больше, тайной меньше.

– Эта тайна важнее прочих, а ее раскрытие принесет разочарование. – По лицу Мариса прошла кривая ухмылка. – Мистерис, что парит в небе, – это символ. Мы бы даже не собрали людей без него. Кто бы поверил, что мы на самом деле можем обеспечить их безопасность, не яви мы Силу? Покажи мне идиотов.

– А ты вообще уверен, что никто до сих пор ничего не заподозрил?

– Люди не склонны разрушать иллюзии, которые им по душе. – Марис развел руками. – Тебе ли, эмпату, не знать.

Альба знала. Для тех, кто только-только поднялся по Небесной лестнице, Восход был долгожданным чудом, природа которого заботила мало. А уж когда они спустя год приносили клятву и посвящались в тайну мистериума, назревший вопрос «как?» отпадал сам собой.

– Так пусть продолжают верить, – заключил Сергос. – Эта ложь хотя бы не приносит вреда. А то, о чем ты так мечтаешь, – безумие.

Марис выпятил нижнюю губу, будто обиженный ребенок. Из года в год у них повторялся разговор о Восходе, и каждый раз он заканчивался одинаково.

– Ладно, – тяжело вздохнул Марис. – Что ты думаешь делать?

– В ближайшее время проверю следы, которые обнаружил с помощью элементалей. Вон до Тореса хотя бы прогуляюсь. А если все подтвердится – надо думать, как договориться с князьями. Об этом, честно говоря, пора бы подумать при любом развитии событий.

– Мистерис не пойдет на поклон.

– Да кто тебе говорит про поклоны? – скривился Сергос. – Возмущение Совета князей за десять лет всяко поутихло, а знать привыкла к нашим услугам. Да к тому же в Золотом городе на престол взошел молодой Император, у которого неизвестно какие планы в голове. Весьма удачный момент, чтобы наладить отношения: все, кто имеет хоть какой-то разум, понимают, что Старым землям не нужна внутренняя напряженность, а союз выгоден всем.

– То-то я смотрю, как все поутихло, что шпионов в пять раз больше стали посылать.

– Кстати, вчера одна такая опять по лестнице поднялась, – вспомнила Альба. – Мало что Руми вокруг пальца обвела, так еще и Олаф поддался. А у той душа что в саже измазана и намерения на лбу написаны.

Мысль о девице с хищным взглядом неприятно кольнула, отозвалась беспокойством. Альба понимала, что и Руми и Олафа сбила с толку обезоруживающая откровенность шпионки, никто из ее братии прежде таких фокусов не выкидывал. Но эмпаты едва не открыли девке Тихих дорогу в Мистерис, и это при прямом запрете впускать ей подобных!

– Угу, слышал. – Марис почесал бороду. – В Гории Дамис с парнями тоже соглядатая заловили.

– Попытки шпионить неизбежны, – отмахнулся Сергос. – Они и друг к другу их засылают, особо не скрываясь. Это практически жест вежливости.

– Так говорят, что молодой Император – один из нас. – Марис снова навалился на стол. – Не лучше ли нам посмотреть в эту сторону? Подозреваю, что так мы гораздо быстрее получим полный доступ к тому, чего желаем.

– Я не приведу захватчиков в земли моих предков! – возмутился Сергос.

– Ладно, я просто предложил. – Марис откинулся назад и примирительно поднял руки.

– Мы создавали Мистерис, чтобы восстановить справедливость, а ты предлагаешь подумать о союзе с государством, которое только и делает, что воюет и не гнушается рабством!

– Да все, все, я не подумал, не заводись! Сказал, что в голову пришло. Но в любом случае делать первые шаги навстречу князьям – значит проявлять слабость. Устанем потом расхлебывать. Давайте лучше подумаем, как дать народу Мистериса то благо, которым у нас один только Альбин котяра пользуется? Раз породы так много.