Внезапно сзади на Тома налетели двое маленьких мальчишек и мертвой хваткой вцепились в его бедра.

– Папа! Папа! – завопили они, подпрыгивая на месте от радости.

Том подскочил как ужаленный.

– А вы что здесь делаете? – спросил он. – Я собирался вам позвонить сегодня вечером – думал, в воскресенье мы могли бы отправиться порыбачить.

Наклонившись, он подхватил мальчиков на руки.

– Мама привезла нас повидаться с бабушкой! Сегодня днем мы с ней идем в кино!

С ними поравнялась стройная молодая женщина типично американской, по мнению Пандоры, внешности. Она окинула Пандору внимательным взглядом и повернулась к Тому.

– Привет, – сказал тот. – Вот уж в самом деле сюрприз.

– Да уж, – сдержанно заметила женщина. – Томми, Бен, слезайте.

Мальчики никак не отреагировали на ее слова. Один из них пихнул Тома в плечо.

– Пап, пойдем с нами. Ну пожалуйста!

Женщину, судя по всему, забавляло замешательство Тома. Заметив это, Пандора посмотрела на часы.

– Думаю, мне пора, – сказала она.

Один из мальчишек трепал Тома за волосы, другой стал дергать его за галстук.

– Встретимся в другой раз, – сказал Том Кансино, обращаясь к Пандоре. – Может, как-нибудь вечером сходим с вами в кино.

Пандора повернула к редакции. «А может, и нет», – подумала она.

Боб Чалмерс сложил свои бумаги в портфель, щелкнул замком и направился следом за Ариан к выходу из комнаты.

– …таким образом, вопрос о «Лос Милагрос» можно считать урегулированным, – заключила миссис де ла Форс. – Пожалуйста, позвоните Салли и устройте так, чтобы сделка была оформлена сегодня, Боб.

– Хорошо. Я рад, что проблема с журналом разрешилась. На вечеринке у Джеральдины эта журналистка показалась мне очень симпатичной.

Ариан бросила на собеседника проницательный взгляд.

– Боюсь, Бетти это тоже заметила. Вероятно, вашей женой быть очень трудно, Боб.

– Вовсе нет. Каждый раз после моей очередной интрижки на одну ночь Бетти отправляется в магазин Билла Бласса и покупает себе пару вечерних платьев. Надеюсь, по возвращении вы сможете устроить небольшой ленч и пригласить на него эту очаровательную молодую особу? Должен же я получить какое-то вознаграждение за великолепную сделку, касающуюся «Лос Милагрос», которую организовал вам?

Ариан всплеснула руками в притворном ужасе.

– Предлагаете мне стать вашей сводницей? Вы же знаете, как я люблю Бетти. – На губах Ариан появилась лукавая улыбка. – Впрочем, когда я вернусь, мне, пожалуй, следует устроить ленч лично для вас.

– Буду ждать с нетерпением.

Дойдя до входной двери, Боб Чалмерс остановился рядом с мраморным подзеркальным столиком, на котором стоял свежий букет.

– А где же ваша замечательная ваза? – поинтересовался он.

– У реставраторов. Одна из моих идиоток горничных, вытирая пыль, должно быть, думала о своем приятеле и умудрилась уронить ее на пол, – небрежно бросила Ариан.

– Как жаль.

Ариан улыбнулась.

– Вам придется помочь мне заработать лишний миллион, Боб, тогда я смогу купить другую, не хуже разбитой.

Тон Ариан ясно говорил о том, что развивать эту тему не следует. Боб открыл дверь и наклонился, чтобы поцеловать собеседницу в щеку.

– Счастливого пути, – сказал он. – Я позвоню завтра утром.

Притворив за ним дверь, она вернулась в библиотеку и села за стол. Закрыв глаза, Ариан вздохнула. Вот уже почти двадцать лет она не оглядывалась назад, в свое прошлое. Деньги стали для нее защитой. И все же, по сути, ее дом был оранжереей. Тот мир, в котором жила она, от остального мира отделяло всего лишь тонкое стекло, и вот теперь Чарлз швырял в эти стеклянные стены камни.

Сняв трубку, Ариан набрала номер спальни Мердока. Он ответил сонным голосом.

– Немедленно приходи в библиотеку. Надо поговорить, – отчеканила она.

– Который час? – осведомился Чарлз.

– Довольно поздно. Я уезжаю через полчаса.

Чарлз явился буквально через несколько секунд, одетый в шелковый халат. Привлекательный мужчина в тонком халате у кого-то мог вызвать сексуальное возбуждение, у кого-то – умиление как символ некой семейной идиллии. У Ариан вид Чарлза Мердока не вызвал ничего, кроме отвращения.

– Итак, – заговорила она, – должна признать, что у тебя есть довольно мощный рычаг давления на меня.

Произнося эти слова, миссис де ла Форс понизила голос и слегка потупилась. Когда она снова вскинула голову, ей удалось уловить в глазах Мердока искорку торжества, и Ариан подумала, что эта беседа в конечном итоге может доставить ей немалое удовольствие.

– Ты был совершенно прав в том, что касается твоего положения, – продолжила она, – но ты вынудил меня всерьез задуматься о моем собственном положении и, что еще более важно, о твоем положении по отношению ко мне. От тебя исходит только одна серьезная угроза. И дело не в том, что ты можешь предать гласности некоторые события моего прошлого, поскольку то, что тебе заплатят за эту историю, – ничто по сравнению с тем, что ты имеешь, сохраняя молчание. Единственное, что ты действительно можешь сделать, – обратиться к родственникам Симона, а они могут предъявить права на мои деньги. Но они не смогут заплатить тебе столько, сколько ты захочешь, пока не выиграют дело. Значит, тебе придется использовать свой козырь до того, как ставки окажутся на столе.