Пандора, избегая его взгляда, стала рассматривать кольцо.

– Я… я не могу тебе ответить прямо сейчас, – выговорила она наконец.

– Почему?

– Я уже была замужем, и дело тут не только в кольце. Все гораздо сложнее.

Пандора не кривила душой – ее действительно терзали сомнения, правда, они были связаны отнюдь не с ее неудачным замужеством. Пару месяцев назад она бы без колебаний ответила Теду «да», но ее встреча с Эндрю многое изменила.

– Понимаю, – сказал Тед. – Я тоже был женат. Тебе по крайней мере не приходится платить алименты. Но неудача в браке еще не повод для того, чтобы отказаться попробовать еще раз.

– И все же я должна подумать, – сказала Пандора.

Тед встал. Он был явно расстроен.

– Если есть такая необходимость, то это значит, ты мне отказываешь.

– Мне просто надо как следует поразмыслить. – Пандора тоже встала и взглянула Карсону прямо в лицо. – Пожалуй, будет лучше, если я поеду в гости к Ариан одна. Если мы поедем вместе, ты будешь оказывать на меня давление. Ты можешь быть очень убедительным – иногда даже сам не знаешь, насколько, – с улыбкой сказала Пандора, стараясь, чтобы голос звучал как можно беспечнее.

Тед на мгновение нахмурился, но затем тоже улыбнулся и обнял ее.

В его объятиях Пандора почувствовала себя так уютно, что едва не ответила ему согласием тут же, на месте. И все же что-то удержало ее от этого. Теперь, в семи тысячах миль от Лондона, она размышляла о том, что, возможно, напрасно попросила у Теда отсрочку.

Сначала протереть плинтусы, затем обмахнуть электрические розетки на стене, пройтись по дверным косякам, а после этого – мебель. Держа в руке перьевой плюмажик для вытирания пыли, Флоринда ходила взад-вперед по номеру отеля – одному из тех многих, которые ей предстояло убрать. За работой она мысленно то и дело повторяла, словно молитву, наставления своей новой начальницы. Это была настоящая мегера. Проверяя работу горничных, она заходила в каждую комнату, без конца проводя рукой в белоснежной перчатке то по поверхности стола, то по дну выдвижного ящика, то по подоконнику. Обнаружив на перчатке малейшие следы пыли, она приходила в неистовство. Флоринда ненавидела ее, но сдерживалась. Как-никак у нее была комнатка на чердаке, где она жила вместе с еще одной горничной, и жалованье, на которое хоть и с трудом, но все же можно было существовать. Если бы не эта работа, ей пришлось бы либо снова поселиться в трущобах, либо, что еще хуже, отправиться обратно к монахиням.

Последним в перечне ее обязанностей было опорожнение мусорной корзины. Это было для Флоринды единственной возможностью получить за свои труды хоть какую-то награду сверх скудного заработка: иногда в корзинах оказывался флакончик с остатками духов или выброшенная за ненадобностью губная помада. На этот раз, однако, среди мусора не оказалось ничего полезного, кроме бразильского издания журнала «Вог». Покончив с уборкой, она села в кресло и принялась перелистывать глянцевые страницы.

Фотографии красивых женщин на фоне роскошных домов и молодых девиц, щеголявших в одежде, которую она никогда в жизни не могла себе позволить, привели Флоринду в ярость. Шлюхи, думала она, все они шлюхи, которым просто невероятно повезло. На глаза ей попалась статья, посвященная живописи, и она начала рассматривать репродукции картин с указанными рядом астрономическими ценами, как вдруг ее внимание привлекла фотография женщины, лицо которой показалось Флоринде смутно знакомым. Вначале Флоринда подумала, что это хозяйка одного из тех домов, где она когда-то работала, затем пришла к выводу, что это не так.

Внезапно Флоринда почувствовала себя так, словно кто-то нанес ей сильнейший удар под ложечку: она узнала Сильвию. Правда, подпись под снимком гласила, что запечатленную на нем даму зовут Ариан де ла Форс, но у Флоринды не было никаких сомнений в том, что это ее сестра. Подойдя к зеркалу, Флоринда положила журнал на туалетный столик и взглянула на свое отражение. Затем она подтянула рукой обвисшую кожу лица, разгладив морщины – результат разрушительного воздействия времени и перенесенных лишений. Сходство было поразительным. Сильвия, разумеется, выглядела моложе и свежее, но если бы Флоринда жила так же беззаботно, как ее сестра, и носила такие же платья и драгоценности, она выглядела бы ничуть не хуже.

Флоринда принялась читать статью. В ней говорилось, что «великолепная миссис де ла Форс» приобрела картину за пятьдесят пять миллионов долларов. Автор описывал ее как невероятно богатую и в то же время весьма скрытную особу. Репортер упоминал также о том, что она провела детство в Южной Америке, что живет она то в Европе, то в Нью-Йорке, а в данный момент она отправилась в Уругвай, чтобы встретить Рождество в своем замечательном замке в Пунта-дель-Эсте.

Флоринда в бешенстве разорвала журнал. Значит, пока она гнила в тюрьме, Сильвия жила как королева. Ну что же, по крайней мере теперь было известно, где ее искать. Наконец-то эта сука заплатит за все, подумала Флоринда. Она решила, что потребует с Сильвии деньги за свое молчание – много, очень много денег – а потом убьет ее.

Завтра, за день до сочельника, ей заплатят жалованье. Этих денег должно было хватить, чтобы доехать на автобусе до границы с Уругваем.

Пунта-дель-Эсте

31 декабря 1988 года, утро

Горничная вошла в комнату на цыпочках.

– Не беспокойтесь, Корасон, я уже проснулась, – сказала Пандора.

– Я не принесла вам завтрак, мисс Дойл, потому что миссис де ла Форс просила узнать, не позавтракаете ли вы вместе с ней внизу.

– Пожалуйста, передайте миссис де ла Форс, что я с удовольствием присоединюсь к ней, как только приведу себя в порядок, – ответила Пандора и соскочила с кровати.

– Миссис де ла Форс завтракает на террасе, – весьма официальным тоном объявила горничная перед тем, как выйти за дверь.

Стоя под душем, Пандора подумала, что ей предстоит впервые позавтракать в обществе Ариан, хотя она приехала в Пунта-дель-Эсте неделю назад. Пандоре удалось скрыть свое раздражение, когда Ариан по пути из аэропорта Монтевидео как бы между делом заметила, что на рождественские праздники по ее приглашению приехали также Чарлз и Глория вместе с ребенком. Пандоре сразу стало ясно, почему Ариан решила пригласить ее, но она была в долгу перед Ариан и смирилась с отведенной ей ролью громоотвода. Однако ее опасения оказались напрасными. Поселившись в замке, Пандора оказалась вовлеченной в весьма бурную светскую жизнь – ее то и дело приглашали на всевозможные приемы, коктейли на яхтах и прочие увеселительные мероприятия, посещать которые Ариан неизменно отказывалась. В результате Пандора проводила в доме Ариан не так уж много времени.