– Это видно по тому, как вы стоите. Когда я работал в банке, я мог определить размеры состояния любого посетителя, плюс-минус миллион, по походке. Правда, я давно не занимался такими вещами и немного потерял навык… – Скрестив руки на груди, Эндрю с шутливым вниманием окинул Пандору взглядом. – Пожалуй, я бы сказал, что размеры вашего состояния составляют от пяти до десяти миллионов. Ну а как обстоит дело в действительности?

Вопрос был не из тех, которые задают в первые десять минут после знакомства.

– В любом случае вас это не касается, – холодно ответила она.

– А, значит, вы в самом деле богаты, – рассмеялся Эндрю. – И очень жаль, потому что это означает, что с вами скорее всего очень трудно общаться. И все же мы могли бы вместе съесть какой-нибудь простенький обед.

– Я вас совершенно не знаю.

– Вот вам как раз отличная причина. За обедом я могу все о себе рассказать. Я уехал из Лондона пять лет назад, но думаю, что где-нибудь поблизости все еще можно найти подходящий ресторанчик с мягким полумраком, таинственной восточной музыкой, приличной едой и счетом, не превышающим десять фунтов.

Ей внезапно ужасно захотелось принять неожиданное приглашение – оно было чем-то вроде острой приправы к пресному, скучному, тяжелому дню.

– Что касается счета, вы погорячились, – ответила она. – Боюсь, на десять фунтов сейчас нигде не поешь – разве что ваша история совсем короткая. Может, вы все же осилите сумму посолиднее? Если нет, то могу заплатить и я.

– Не обольщайтесь насчет моей походки – мои финансы весьма скудны. И тем не менее деньги от женщин я не принимаю, даже если речь идет о лондонских миллионершах. Как насчет того, чтобы разделить расходы пополам?

– Договорились, – сказала Пандора.

– Куда пойдем?

– Ну, я не знаю, где сейчас можно найти дешевый китайский ресторан, но мне известен один индийский. Называется «Моти-Махал». Это в Челси, но я на машине – она припаркована на Расселл-сквер.

– Звучит соблазнительно, поехали, – жизнерадостно улыбнулся Эндрю.

Когда они выходили из здания, Пандора вдруг подумала о Теде. «Ради Бога, ведь мы собираемся всего-навсего пообедать», – одернула она сама себя. Вскоре они остановились около ее автомобиля. Пандора очень гордилась своим черным «Порше-911», но сейчас он показался ей чересчур шикарным. Эндрю сел на сиденье, ничего не сказав по этому поводу, и она почувствовала, что он просто не из тех, кто придает значение подобным вещам. Когда-то давно ей встречались люди такого типа.

Эндрю явно был слишком высок для ее автомобиля, и его нога почти соприкасалась с рычагом переключения передач. Пандора почему-то чувствовала себя напряженно и, чтобы развеять неловкость, заставила себя заговорить.

– Ну и где же вы сейчас живете? – спросила она, уголком глаза глядя на своего собеседника.

Эндрю улыбнулся.

– Я собирался приберечь свою историю до обеда, но могу начать и сейчас, если хотите.

Сиденья в салоне были расположены вплотную друг к другу, поэтому, когда он пошевелился, слегка переменив позу, плечо его слегка коснулось плеча Пандоры – на какую-то секунду, не более. Однако ей от этого мимолетного прикосновения мгновенно стало душно. К счастью, как раз в этот момент ей пришлось полностью сконцентрироваться на вождении – она с трудом пробиралась сквозь густой поток машин, делавших круг по Трафальгарской площади.

– Пять лет назад я бросил работу в банке, – начал Эндрю. – Там люди либо старались как можно быстрее разбогатеть, чтобы, положив на это все силы, потом заняться чем-то другим, либо пытались делать карьеру, идя по трупам, чтобы любой ценой добраться до самого верха. Карьерные высоты меня не интересовали, а для того, чтобы заниматься любимым делом, мне не требовалось много денег.

– И в чем же состояла ваша мечта? – поинтересовалась Пандора, резко вывернув руль, чтобы избежать столкновения с каким-то идиотом мотоциклистом.

– Еще с детства меня очень интересовали птицы, – продолжал он. – И вот я бросил работу, продал квартиру, накупил уйму литературы о пернатых и отправился на Сейшелы. Мне принадлежит маленький отель на одном из островов, я пишу книгу о тропических птицах и вместе с небольшой группой замечательных людей, моих единомышленников, занимаюсь охраной исчезающих видов. Мне не нужно ничего, что походило бы на это. – Он указал пальцем на Букингемский дворец.

– А вам не скучно на ваших Сейшелах? – спросила Пандора с искренним любопытством.

– Скучно бывает тому, кому нечего делать, да еще тому, кто занимается делом, которое ему не нравится. У меня полно работы, свободного времени почти совсем не остается, и мне это нравится. Правда, моя работа не приносит много денег, но это вовсе не означает, что она скучная.

– Наверное, ваша жизнь довольно приятна, но дает ли она вам ощущение того, что вы чего-то добились?

Прежде чем ответить, Эндрю бросил на Пандору пристальный взгляд.

– Возможно, и нет – в том смысле, который вы в это вкладываете. Но нам удалось восстановить поголовье черных райских мухоловок, которые, когда я приехал на острова, находились на грани исчезновения. И нам еще очень много надо сделать. Я работаю по четырнадцать часов в сутки, но при этом никогда не пользуюсь телефоном.