Как назло, коварная Матильда была при матери тише воды ниже травы, когтей ни разу не выпустила и даже помыть себя позволила. Короче, ангел ангелом, разве что без крылышек.

Надо сказать, Лешка немало удивился, когда мать высушила кошку. Из ободранного тощего зверя непонятного цвета Матильда превратилась в очаровательную рыжую кошечку. Впрочем, с тем же мерзким характером, что нельзя забывать. И когти, к сожалению, остались на месте.

Лешка совершенно серьезно просил мать обрезать их напрочь. Даже приволок на выбор инструменты: маникюрные ножницы, портновские ножницы и плоскогубцы.

Мать лишь засмеялась, погрозила ему пальцем и заявила, что некрасиво все сваливать на невинное животное. Мол, если Томочка так жестоко обошлась с ним, значит… Заслужил! И вместо того, чтобы заводить себе кошку, поспешил бы к ней мириться. Томочка Журжина — милая девочка, лучшей невестки ей не нужно.

Лешка только крякнул, услышав ее отповедь: и это родная мать! Даже не пожалела единственного сына. Обработала царапины йодом да посетовала на его неуступчивость. Мол, заждалась внуков.

Вот Лешке и пришлось на эту неделю срочно «уехать в командировку». Торчать в родной квартире при опущенных жалюзи, как преступнику в розыске, вздрагивать на любой телефонный звонок и прослушивать потом автоответчик, бессильно злясь на себя, Томку и весь остальной мир.

Особенно раздражала Лешку невозможность поговорить с Тамарой, она звонила практически ежедневно, сразу после работы. Вчера так даже заявила, что ни капли не верит в Лешкину командировку. А если он сейчас же не подойдет к телефону, то сильно об этом пожалеет.

Лешка не подошел, само собой. И радовался одному — Томик ни разу не упомянула о его «идеале». Оставалось надеяться, что самолюбивая Маша правды не сказала. Наверняка уверила подругу, что Лешка ей не понравился. И слава богу!

О собственном «идеале» Тамара тоже помалкивала, и это всерьез беспокоило Лешку. Насколько он знал свою подругу, она просто обязана его поддразнивать, молчание совсем не в ее правилах. Вот раздраконить его — совсем другое дело. В этом она вся.

Лешка сдвинул брови: или Томик по-прежнему встречается с белоголовым? И настолько им очарована, что ломает себя, пытаясь превратиться в обычную смазливую куколку? Какой он видел ее в последний раз?

«Надо сказать, у нее очень неплохо получилось, что удивительно,—неохотно признал Лешка.— Или тут Лелька ручки свои пакостливые приложила? Сделала из младшей сестры настоящую сексуалочку. Только зачем? Вот уж сладкая парочка…»

Лешка с досадой пробормотал:

—Под замок бы обеих и под чадру, для их же безопасности!

И озабоченно подумал: «Может, Сергею позвонить, пусть присмотрит за девчонками, пока я тут отсиживаюсь? Узнает все о расследовании, подстрахует, если что. Правда, кажется, кражи пустячные, явно одиночка действовал, да и дельце глухое, но… Кто этих ненормальных знает, они всегда найдут во что вляпаться!»

«Платиновый мальчик» Лешке совсем не понравился. Не то чтобы он волновался, что Тамара в него влюбится… В любом случае надолго ее не хватит, она слишком умна.

Лешка сжал кулаки: и все-таки незачем ей встречаться с этим хлыщом. Такие зализанные красавчики частенько оказываются подонками. А Томка доверчива, как младенец. Интересно, кто он такой? Попытаться узнать у Лельки? Как же, скажет она…

Матильда подошла к своей миске, исподлобья покосилась на хозяина и коротко, требовательно мяукнула. Лешка внезапно обозлился: и эта командует! Еще и с мысли сбила. Нет, женщин явно придумали, чтобы им, мужикам, жизнь медом не казалась.

Бормоча себе под нос проклятия Адаму, уступившему на это черное дело свое ребро — лишнее у мерзавца, видите ли, затесалось, — Лешка вывалил в пластиковую чашку принесенные матерью кошачьи консервы и вздрогнул: раздался звонок. Настырный причем, кто-то и не думал отрывать пальца от кнопки.

Матильда негодующе фыркнула, а Лешка тяжко вздохнул: звонила явно Томка Журжина. Ее привычка злить его таким образом. Вечно трезвонит, пока дверь перед ней не распахнешь.

Да-а, что-то она сейчас скажет, увидев его физиономию? С другой стороны — цела, уже неплохо…

И с этой утешительной мыслью Лешка Сазонов поплелся в прихожую..

***

Естественно, он угадал. На площадке стояла Журжина в самом своем обычном, полумальчишеском непритязательном виде. Встрепанные темно- каштановые волосы, побледневшее от холода скуластое личико с зернами ярких веснушек на носу— разумеется, шапку Тамара не признавала — и горящие любопытством огромные карие глазищи.

Лешка хмыкнул:

—Привидение увидела?

—Ты же в командировке!—возмутилась Тамара, стараясь хоть что-то рассмотреть в полумраке прихожей.

—Ага. Именно поэтому ты и появилась,—парировал Лешка.

Он взял у Тамары плащевку, сунул на вешалку и, посмеиваясь над собой, подумал, что пора искать пятый угол в собственной квартире. Потому что не заметить его царапин просто невозможно, и он голову готов прозакладывать — Томик не смолчит. Вот только он на свет выйдет…

И Лешка нервно дернулся, когда Тамара со смешком протянула: