Входит девушка-коротышка в куртке поверх грязноватого белого халата. В руке – портфель. Из портфеля торчит топор.

Девушка. Ой. А к вам тут не заходила такая беременная с велосипедом?

Комиссар (снимая с Дроновои башмаки). Какая именно?

Командир (накрывая Дронову пледом). Дело в том, что беременные к нам что-то зачастили. Так и льнут.

Комиссар. С утра вскочат, на велосипед – и к нам.

Командир. Заезжают прямо на седьмой этаж выселенного дома.

Комиссар. С плакатом на торце.

Девушка. Ой. Фу. Да нет. Она не на велосипеде. Она только купила. Эля, из бакалейного. Ей восемь недель осталось. Идем по улице, а с грузовика «Дружков» продают. Мальчуковых. Ну, она и взяла. У нее как раз мальчик, ультразвуком слушали... Как вы странно смотрите...

Комиссар. Это что у вас в портфеле?

Девушка. Ой. Да топор. (Вынимает.) Меня Арсен Гамлетыч из мясного послал до точильщика добежать. А со мной Эля тоже пошла. А пока я с точильщиком, она делась куда-то. В переулке все дома позаброшенные, двери позабитые. Только вот у вас... Я по всем этажам, а ее нигде нет...

Комиссар. Девушка, милая. Отдайте мне этот топор. Подарите, продайте втридорога. А то давайте меняться.

Девушка. Ой. Да зачем он вам?

Комиссар. Зачем задумчивому юноше топор, ха-ха-ха. Вы что, Достоевского в девятом классе не читали?

Командир. Топор нужен мне. Крест хочу смастерить матери на могилу. А то этот хиппи престарелый, тятенька мой, никогда не додумается.

Девушка. Ой. А у вас мама умерла?

Комиссар. Да не верьте вы ему. Матери у него действительно нет. Но ее никогда и не было. У таких, как он, не бывает матерей. Такие, как он, заводятся сами по себе. От экологического, так сказать, запустения. Из радиоактивных осадков.

Девушкаглядит ошарашенно.

Командир. Продаете вы топор или нет?

Девушка. Ой. Я лучше пойду...

Комиссар. Стойте. За топор даю авто. «Сааб». Правда, он красный. Ну, перекрасите...

Командир. Да погоди ты... Давайте лучше знаете, что? Вы нам – топор, а я на вас – женюсь!

Девушка хихикает.

По рукам! Только я на вас не женюсь. Вот мой друг, пожалуй, женится. Он на всех женится, кто его ни попросит.

Комиссар. Выходите за меня, я вам бигуди подарю.

Девушка хихикает.

Девушка. Воздух у вас какой-то тяжелый. Открыли бы окошко. (Оглядывается.)

Комиссар. Э, нет. Вот это не надо! (Пальцем грозит.)

Командир. Окно у нас в торце. А на торце нашего дома висит плакат.

Комиссар. «Слава „МММ“! Не забудьте выключить телевизор!»

Командир. И мы гордимся этим.

Комиссар. И никакие окошки нам ни к чему.

Девушка. У вас что, совсем нет окна?

Комиссар. Как видишь, родная.

Командир. Жили-были Командир и Комиссар в темной комнате с огромным окном.

Комиссар. Ну, голубушка. Давай сюда топор, и бежим под венец.

Девушка хихикает, качает головой.

Командир. Да вы не смотрите, это мы сейчас в неглиже. На самом деле мы башлевые ребята. У меня – публичный домишко тут, на углу Подкопаевского, а мосье Комиссар неплохо зарабатывает киллером по вызову. Правда, он безручь, нескладь и никого не может как следует убить. Вечно только весь перепачкается...

Девушка (испуганно). Врете вы все.

Комиссар. Честное слово – красная звезда – дедушку Ленина – обманывать нельзя!

Командир. Соглашайтесь. Комиссар – классный парень.

Девушка. А он правда комиссар?

Командир. А кто же он? Конечно, комиссар. Ведь командир – я.

Девушка. Какой командир?

Комиссар. Какой, какой... Картотечный.

Девушка глядит ошарашенно.

Командир. Послушайте, барышня. Вы картошку едите? А откуда она берется, знаете? Ее собирают студенты, из числа которых сначала избираются командир и комиссар. Происходит это в осенних полях, где гуляет ветер, а кругом лежит притихшая, грустная, ненаглядная земля, которую раньше называли Родиной Октября.

Комиссар. Ноября.

Командир. Октября.

Комиссар. Ноября.

Командир заносит кулак над забинтованной головой Комиссара, но прячет руку в карман.

Комиссар (угрожающе). Отдаешь ты, наконец, топор, моя радость?

Девушка (запихивает топор в портфель). Пойду я...

Командир. Ладно. Кроме шуток. Давай расскажем ей все как есть.

Комиссар. Понимаете, вот мы с ним друзья, он командир, я комиссар. Но вся заковыка в том, что по странному совпадению мы влюблены в одну и ту же женщину.