И он указал на снедь на столе.

— Я сержант королевской стражи дон Паралито, — грозно сказал усатый, — мы преследуем двух беглецов, объявленных в Зингаре вне закона. Это их лодка стоит напротив твоего дома. Отвечай, поганец, где они?

— Спокойней, сержант, — прервал его Родагр, — думаю, у господина таможенника нет никаких оснований скрывать что бы то ни было от представителей власти. Так куда направились Конан и Сантидио, милейший?

Коротышка исподлобья смотрел на незваных гостей. Впервые за многие годы он предложил кому-то подкрепиться в собственном доме, а в ответ его назвали поганцем? Он был наполовину зингарец, горячая кровь матери требовала немедленно ответить на оскорбление. Но отец Инзио был пиктом, а пикты умели выжидать, чтобы нанести врагу удар в самый неожиданный момент.

— Я даже не знаю их имен, — проворчал хозяин заставы, — эти двое дали мне вино и свой нож в обмен на мою лодку и поплыли вверх по Черной.

— Как же ты, пикт, принял железное оружие? — спросил Родагр, не повышая голоса.

— Моя пиктская половина против металла, — согласился Инзио, — но зингарская его любит. У этого ножа железное лезвие и рукоятка из какого-то поделочного камня.

— Он лжет! — топнул ногой Паралито. — Зачем бы беглецы стали менять лодку?

— Затем, — объяснил Инзио, — что пиктские однодеревки лучше приспособлены к плаванию по протокам. А господа, видно, решили поохотиться на зверя курлу, который иногда забредает в плавни.

В это время дверь открылась, и в комнате появился еще один стражник.

— Господин сержант, — отрапортовал он, — мы нашли следы сапог возле кустов. Одни поменьше, а вторые такие здоровые, что поначалу…

— Ага! — взревел Паралито, и усы его встали дыбом. — Я знал, что эта мохнатая обезьяна лжет! Теперь мы нагоним паршивцев.

— Никак нет, — робко вставил стражник, — наши ребята сунулись было в заросли, но только оцарапали лица и порвали мундиры. Там не пройти. Хотя следы исчезают в кустах.

— Колдовство? — сержант обернулся к человеку в черном. — Это по вашей части!

— Думаю, мы не сможем решить задачу без помощи нашего хозяина, — задумчиво произнес лекарь, — добровольно он нам ничего не скажет, но если мы слегка поджарим пятки его сыну…

Нож, пущенный волосатой рукой коротышки, просвистел у него над ухом и вонзился в грудь стоявшего рядом стражника. Капрал выхватил шпагу, но, вместо того чтобы атаковать, предусмотрительно отступил к двери вслед за Родагром. Он поступил весьма умно: двое его подчиненных, кинувшихся было на полукровку, полегли под ударами каменного топора.

Вытолкнув Паралито наружу, лекарь сорвал с пояса один из мешочков и бросил под ноги Инзио. Взметнулось облако серой пыли. Родагр выскочил из комнаты и захлопнул за собой дверь. Сержант зычными воплями сзывал стражников, которые, обнажив шпаги и приготовив арбалеты, собирались атаковать халупу «таможенника».

— Отставить! — бросил Родагр. — Коротышка неплохо обращается с топором, но он больше не опасен. Лучше привяжите его сына вон к тому столбу и соберите хворост.

Он распахнул дверь и спокойно вошел в дом. За ним, держа арбалет наготове, последовал Паралито. Инзио лежал на спине, раскинув короткие волосатые руки, из его груди вырывался мощный храп. В воздухе стоял сладковатый запах.

— Отличная смесь, — пояснил лекарь тупо уставившемуся на это зрелище сержанту, — маковые и конопляные зерна, немного порошка Черного Лотоса, ну и еще кое-какие ингредиенты. Может заставить уснуть не только человека, но и зверя, и даже растение. Пусть солдаты вынесут пикта наружу и покрепче свяжут — он скоро очнется.

Стражники уже примотали долговязого парня к одной из свай дома и обложили со всех сторон ветками. Отца привязали напротив, к высокой жерди, наверху которой трепыхалась выцветшая тряпка, бывшая когда-то зингарским флагом. Сержант встал рядом с Бизо, держа в руке принесенный из лодки и подожженный огнивом факел. Грубое лицо Инзио не изменилось, когда, очнувшись, он увидел эту картину.

— Так ты покажешь нам, где начинается тропа? — спросил его Родагр.

— Пусть вас сожрет Дарамулун, — буркнул коротышка и отвернулся.

— Хочешь, чтобы твой сын сгорел вместе с халупой?

Инзио только сплюнул.

— Принесите ведро воды и поставьте рядом, — распорядился Родагр. — Потом подожгите хворост. Мы зальем его, если папаша надумает пожалеть сынка.

Один из стражников сбегал за водой, и Паралито ткнул факелом в охапку веток. Огонь затрещал, повалил белый пар — дрова никак не хотели заниматься.

— Что за бесовщина, — злился бравый вояка, тыкая факелом то спереди, то сзади от ног привязанного, — сырые, что ли?

Он поднял факел над головой и попытался снизу поджечь бревенчатый настил, служивший полом дома. Бревна даже не почернели.

— Ах вот почему ты так спокоен, — пробормотал Родагр и приказал стражнику принести из лодки свою сумку.

Он достал из нее фляжку и, вытащив из-под ног Бизо одну ветку, побрызгал на нее резко пахнущей жидкостью. Потом поднес к факелу — ветка вспыхнула и занялась ярким пламенем.